Книга Отбор невест, или Три орешка для темного, страница 139 – Наталья Самсонова

После чего, услышав музыку, поморщилась и предложила уйти вглубь парка.

— И побыстрей, дворец опять воет,— покивала Эрмина. — Только парк сейчас переполнен.

— Я знаю место, где точно никого нет,— тут же отозвалась я. — Фонтан!

Сайард кивнул, и первым направился к узкой, чуть неухоженной тропке.

— Какой фонтан? — заинтересовалась Эрмина.

И я, набрав в грудь побольше воздуха, принялась пересказывать трагично-мистичную историю о сумасшедшей гадалке и фонтане, который стал неосязаемым.

К моменту, как я выдохлась, мы как раз до него дошли.

— Выглядит обычным,— проговорила Эрмина. — Но от него тянет какой-то неестественной жутью.

— Да? — заинтересовалась я.

— Мгм,— рассеянно отозвалась подруга.

— Бз. Бзз-бзз-бзз,— ожил в моем кармане Марк Аврелий.

Сайард с интересом посмотрел на меня и спросил:

— Ты поймала шмеля?

— Лучше,— гордо ответила и вытащила свой артефакт,— знакомься, это Марк Аврелий. Сегодня он помог нам обнаружить драэ с экстраординарным количеством поддельных украшений и, что самое главное, именно он нашел детектор Авехира.

— Мое почтение,— тут же сказал Сайард и, внимательно осмотрев артефакт, осторожно пожал ему острый краешек медной проволоки. Не тот, за который я его держала, а тот, которым была обмотана пробка.

— Бзз,— муркнул Марк Аврелий.

После чего, задрожав, повернулся в сторону кустов. Вибрируя и жужжа, он явно намекал, что нам с ним нужно отойти вглубь можжевельника.

— Перестань,— попросила я его,— найди у себя кнопку выключения!

Эрмина с интересом на меня обернулась:

— А ты ее делала?

— Нет,— пожала я плечами,— но Марк Аврелий сам отрастил себе личность, так что пусть и кнопкой выключения озаботится!

Сайард все это время сдержанно посмеивался. Очевидно, это был не первый одушевленный предмет в его жизни.

Мне, на самом деле, прочили карьеру мага-артефактора. Но я слишком рано узнала, как мы получаем безмолвные, безотказные артефакты… Наш мир молод и полон магии, стоит только что-то зачаровать, как у предмета появляется что-то вроде собственного мнения. Артефакторы выжигают эти зачатки разума. Заготовки проходят закаливание в специальной печи, после которой происходит окончательное зачаровывание.

Нужно ли удивляться, что мы с маменькой пользуемся услугами той мастерской, где этого не делают? Вся моя защита связана между собой, а потому браслет развлекается за всех. В подпространстве порой пропадают съестные припасы (кроме орешков, тут мои артефакты меня не обижают), сомнительные книги порой бывают частично надкусаны (но только если я их купила, чужие вещи вне опасности), а конспекты всегда прочитаны и не по одному разу.

— Бз!

Марк Аврелий вырвался из моей руки и, превратив свой длинный медный хвост в два крыла, нырнул в можжевеловый куст.

— Нет,— я сложила руки на груди. — Не полезу.

— Говорят, у можжевельника мягкие колючки,— Эрмина попыталась меня утешить.

— Про него так явно не говорят,— поежилась я,— ты посмотри, какой ужас. Это, наверное, какой-то гибрид!

Треск внутри куста стоял такой, словно там медведь ворочается, а не порхает скромный бутылек из-под зелья!

— Как я понял,— вздохнул Сайард,— полезу туда я.

— Ну, может, попробовать его подманить на что-нибудь? — предложила подруга.

— У тебя есть при себе яшма и медь? — скептически спросила я.