Книга Сожгу мир ради тебя, страница 59 – Ханна Леншер, Таня Кель

недавно с Хальтеном обсуждали ее состояние.

Я обязательно вытащу ее из этой переделки или сдохну сам. Демона мы сможем одолеть

как-нибудь. В этом я не сомневался. Но вот что останется от Вивиан?

Сейчас ясно одно: если бы она сняла блок, Саймонд бы уже ее использовал и со мной не

связывался. Но вдруг этот ублюдок применил силу, и теперь все ушло за точку невозврата?

Я приду сегодня либо за куклой, либо за уже пустой оболочкой.

Смотря во двор, где младшекурсники кидали друг в друга огненные шарики, я понимал, что не

боюсь смерти. Я с ужасом и дрожью в сердце представлял, как загляну в ее глаза и увижу, что

она смотрит сквозь меня, потому что больше никого в ее душе нет.

Последние приготовления, и мы выдвинулись к месту. Чуть раньше. Чтобы иметь преимущество

расставить ловушки и попрятаться.

Все было готово, и все, кроме меня, сидели в укрытиях.

В душе рассыпались осколки злости. Я сердился на Вивиан. Ну почему она всегда все делает,

не спросив никого? Ее действительно стоило бы приковать наручниками к постели. И да. Эшберд

— мое слабое место.

Если у нас сегодня получится, больше никуда не отпущу. И вытащу ее обратно из той пустоты,

в которую сам же и загнал. Слово за словом. День за днем. Сколько потребуется.

Если не получится, будет уже не важно.

Глава 22

Вивиан

Я очнулась в незнакомой комнате. Кровать, на которой я лежала, была заправлена дорогими

шелками. Окно с решеткой. За ним серело утро. Я посмотрела на стол. Там стоял кувшин с

водой, тарелка с яблоками и хлебом.

Меблирована со вкусом. Как номер в дорогом отеле.

Сев на постели, поняла, что тело плохо слушается. Голова не болела. Видимо, демон что-то

делал, пока я была без сознания: лечил и готовил. Как кулинар маринует мясо перед

запеканием.

Мне понравилось это сравнение. Раньше оно бы меня испугало. Сейчас — нет...

Я встала и подошла к окну. Внизу был ухоженный сад с дорожками и фонтаном. Где-то далеко —

лес. Я не понимала, где нахожусь. Какое-то поместье.

Меня привезли сюда ночью, и все расплывалось.

Поняв, что еще в ногах слабость, я плюхнулась в кресло. Наверное, надо что-то делать и

выбираться из этой ловушки. Но сил не осталось.

И тут открылась дверь.

В комнату вошел Саймонд, но он был каким-то другим. Слишком серьезным, что ли. Мужчина сел

в кресло напротив меня, скрестил ноги и внимательно посмотрел. В руках у него была чашка с

чем-то горячим. Он отпил, поставил на столик.

— Вивиан. Не буду толкать длинные речи, — начал Тарин. — У нас обоих мало времени, особенно

у тебя. Так что слушай. Ты угасаешь и знаешь об этом. Лекарь из академии должен был это тебе

сказать. Сначала ушла романтика, потом радость, страх, в конце эмоциональная память. Сейчас

ты примерно в середине. Дней десять-пятнадцать до точки невозврата, может, меньше. Это в

академии лучше меня не скажут.

— Все верно, — равнодушно откликнулась я, наклонив голову вбок.

— А вот теперь интересное. — Он подался вперед. — В академии тебе никто не скажет, как это

остановить. Снять — да, теоретически можешь. Если захочешь. Если в тебе еще хватит желания.

На текущий момент, судя по твоему лицу, желания у тебя уже не хватает. Так?

— Допустим.

— А я могу остановить. Не снять — это сама. А именно остановить процесс на той точке, где