Книга После развода. Одна в ином мире, страница 7 – Мартиша Риш

— Сами справимся, это всего-навсего детские шалости.

Я потрясла головой, перед глазами мелькнула прядка волос. Белая-белая, как снег, и, внезапно для меня, очень длинная. Я озадаченно пропустила ее сквозь пальцы, по ощущениям — живой шелк, блестящий, сверкающий. Неужели я поседела? Довел меня пасынок! Вот же свинёнок!

Я крикнула в глубину квартиры чуть громче:

— Женечка, подойди к нам, расскажи, что именно ты сотворил с зеркалом?

— Не кричи на ребёнка! — мгновенно насупилась свекровь, — Ты ему даже не мать!

Лязгнула задвижка на двери, в коридор вышло лохматое нечто, завернутое в полотенце. И когда только он успел раздеться?

— С зеркалом я ничего не делал. Даю вам своё бесчестное слово. Все, я в душ и спать! А вы тут сами разбирайтесь!

Участковый смахнул с куртки несколько хлопьев сажи, скорее уж размазал, они мгновенно впитались в куртку.

— Ну знаете! — охнул мужчина, — Что значит — бесчестное? Кто воспитывает это отродь… Этого отрока?

— Что значит — не делал?

Мне сразу вспомнился тот красавец-блондин, которого я четко видела в глубине зеркальной глади. Неужели он мне просто привиделся? Быть такого не может! Я же не сошла с ума? Или все же сошла? А может, это было во сне? Вдруг я уснула стоя? И это просто сон? Короткий, но такой яркий. Да, скорей всего, так. Но почему разбилось зеркало?

И вновь я крутанула прядку собственных волос в руке. Длинная-то какая! Может, эта белизна за «пепельный блонд» сойдет? Мечтам свойственно сбываться, только совсем не вовремя и, как правило, в особо крупных размерах. Хотела я осветлить волосы так, чтобы натурально, и не дорого, вот и сбылось. Только кто же знал, что это будет седина?!

— Ну ничего себе! — Женька выглянул из ванной, — Вы что, подрались? Ну то есть ты, Аня и бабушка?

Участковый заметно оживился, стал похож на воробья, который встряхнул все свои перья после дождя, заприметил зернышко и вот-вот кинется его добывать.

— Так вы, значит, мальчику не мать? А кто тогда? Молодой человек, в доме часто случаются драки?

— Не, пока не дрались. Они обычно только ругаются. И то, когда хотят позаботиться друг о друге радикальненько, ну чтоб, значит, от всей души.

— Я — мачеха.

Прозвучало это как начало какой-то уж совсем дурной сказки. Так и захотелось сунуть руку в карман пижамы, да похвастаться цветным пузырьком с ядом. Ну или достать отравленное яблочко, чтобы уж жизнь точно стала похожей на настоящую старинную французскую сказку*

— А где родители ребенка? — с некоторым сомнением спросил полицейский. На кого, а на ребенка Женька точно не похож. Высокий, широкий, щетина над верхней губой немного торчит.

— Мама в Бразилии, папа в Руанде, — с гордостью ответила свекровь.

— Они там вместе?

Участковый извлек из кармана платок, промокнул им лоб и тихо опустился в кресло. Свекровь вздрогнула, впрочем, я тоже. Интересно, кто будет оттирать обивку от сажи? Откуда вообще в моей руке взялась молния? Нет, я, наверное, схожу с ума, вот и все.

— Это разные континенты вообще-то, — нахмурился Женька, — Так, раз помыться не вышло, то я спать. Там просто все осколками засыпало.

— А как же школа?

Я попыталась изобразить заботливую мачеху. Вышло не слишком качественно, я бы своему голосу не поверила. И как же мне хочется отругать как следует малолетнего балбеса! Всю ночь я переживала о Женьке, думала уже, что нет у меня больше пасынка, чуть не плакала от горя. Привыкла, полюбила как своего. Да и другие дети у меня скорей всего не появится. По крайней мере, у нас с Ромкой с этим ничего не вышло. Может, поэтому он от меня и ушел к другой. На миг мне представилось, что Рома сейчас варит себе кофе на другой кухне, готовит ей завтрак, целует так же нежно, как меня целовал, шепчет сладкие слова. А за окном взлетают и садятся на ветви пальмы разноцветные попугаи. В то время, как я здесь вожусь с его сыном, со свекровью несносной, боюсь очутиться на улице. И никого у меня нет, кроме них. Никому я не нужна! Ведь родные меня не искали. Кем я была, как жила? Ничего не известно.