Книга После развода. Одна в ином мире, страница 114 – Мартиша Риш

— Я так пытался вам угодить, — парень вырвал свою ногу из когтей виверны, стукнул по ее лапе пяткой. Зверь пискнул и целиком спрятался под столом. А что еще я, собственно, ожидала? Любви и ласки от убийцы? Нет, на эти проявления чувств мой раб не способен. Он рожден убивать, тут уж ничего не поделать.

— Не угодил. И не смей обижать моего зверя, не то я тебя разопну на воротах, — угроза вырвалась сама, да еще тем особенным тоном, от которого в жилах кровь холодеет даже у самых смелых мужчин. Когда и где я научилась приказывать? Кому смела так угрожать?

— Простите, сиятельная, — парень поднял взгляд, всматриваясь в мое лицо, а на губах у него играет шальная, опасная полуулыбка, а по ошейнику невольника прокатываются искорки магии. Если бы не этот артефакт, парень бы на меня напал и думать не стал бы ни секунды. Так может, это тот самый Чезаро Борджа, который сожалел, что меня не убил? Тот самый парень из зеркала? Невольник сделал шаг в мою сторону, смотрит не мигая, кажется, хочет коснуться, да только не смеет.

— Чем еще я могу вам угодить? Поверьте, я сделаю все, чтобы только вымолить шанс на прощение.

Смотрит в мои глаза, и, кажется, видит наше с ним прошлое. Вот только кем я была тогда в той своей прошлой жизни? Его жертвой? Нет, скорее подельницей. Я же помню, как меня судили на площади, как меня спас кто-то, прискакав верхом на лихом черном коне. И такая горечь сжала душу и все, что внутри. Мерзко, противно и стыдно знать, что ты была редкостной дрянью. И, наверное, не зря мне кто-то стер память, дав тем самым шанс на лучшую жизнь. Да и родня меня не ищет, должно быть потому, что просто не хочет видеть. Иначе давно бы нашли, эльтем почти всесильны и ужасающе справедливы. Меня просто вычеркнули из списка родных и друзей, видать было за что.

— Прощение? Ты его не заслуживаешь. И ошейник на тебя надели не просто так, а чтобы не смел творить зло, Чезаро.

— Я, — вспыхнули щеки красавца, он отступил, потупил свой взгляд.

Я не смогла и не захотела ничего вызнавать у раба о себе. Встречались мы раньше или нет — для меня это ничего не изменит. Потому как я сама стала иной, ни воровать, ни убивать я теперь точно не буду. Буду вести правильную, размеренную жизнь. У меня есть семья, сын, свекровь, я не могу и не хочу их подводить. Нет, к такому прошлому, какое у меня было, я не вернусь. Шанс, который мне выпал, нужно использовать.

У меня будет нормальная жизнь, я выйду замуж за лэма, обзаведусь детьми, дом у нас будет уютный, с просторной кухней, круглым столом. Перед глазами встает картина: свекровь вяжет, сидя в кресле, собаки дремлют в корзинах, конюшня прямо при доме, Женька ездит верхом, вовсю наслаждается жизнью.

А раб? Я придумаю, что с ним сделать, с грабителем и убийцей. Скорей всего просто оставлю жить здесь, в моем доме. Пускай играет с виверной, раз уж они друг другу понравились.

Я чуть ли не бегом рванула к порталу, перелезла сквозь него и очутилась в квартире. Чудо, но ко мне в комнату пока никто не зашел. Я так боялась, что свекровь придет меня будить, а если я не откликнусь, чего доброго, с перепугу выбьет дверь. С Клавдии Семеновны станется, она у меня боевая.

Шкаф, приличное домашнее платье, красивые серьги, заколочки для волос, только нет тех тонов, косметики которые подходили бы к моей тёмной коже. Может, мне обернуться в человека? Теперь-то я знаю, как легко это сделать. Нет уж, не стану пугать свекровь, пускай лучше думает, что я загорела до черноты.