Книга Ведьмин чай, страница 37 – Юлия Ляпина

Пока маг и ведьма прятали эти «пустячки», отговариваясь перед столичным начальством тем, что сменивший имя привыкает к новому месту. Но оба понимали – еще чуть-чуть, и от Раймонда потребуют плату за спасение от амарастанских вельмож. Новые хитрые штучки, шпионские приспособления, украшения, способные определить яд… А ведь артефактор эмоционально был сейчас подобен ребенку – наивному, доверчивому. Задурят ему голову, заставят творить опасные «игрушки», а через год-два он повзрослеет и сорвется! Для того ли его спасали? Отнимали у черных проклятий и смерти?

С такими мыслями огневик и ведьма искали выход и совершенно случайно – нашли!

В один из дней Раймонд устроил в поместье суету – пробрался в прачечную, восхитился мыльными пузырями, которые выдувал сынишка одной из прачек, и создал артефакт, пускающий сотни, тысячи пузырей! Напуганные прачки распахнули двери мыльни, и вся эта радужная красота вылетела наружу! Агата и Криспин прибежали с разных концов поместья и попытались это безобразие остановить, но тут выяснилось, что артефактор «немного улучшил» формулу, и теперь мыльные пузыри летали всюду, приземлялись на траву, деревья и крыши и… не лопались! Целый мир огромных и ярких мыльных пузырей!

Ведьма пыталась эти летучие шары заговорить, огневик – взорвать, но все было напрасно! Артефакт выдавал все новые и новые шары. Взмыленные слуги носились вокруг, сшибая шарики палками и тряпками, но так борьбу можно было вести до следующего утра. Внезапно откуда-то подул легкий ветерок и сдул всю красоту в сторону фонтана. Пузыри приземлились на воду и остались плавать на поверхности. Стоящий посреди двора Раймонд обернулся к источнику ветра и принялся с детской непосредственностью разглядывать девушку, сидящую в коляске рядом с отцом и матерью.

Первой сообразил де Лэйн. Он подошел к экипажу, вежливо поклонился и представился:

— Криспин де Лэйн к вашим услугам! Прошу простить нас за некоторую суету, родственник перестарался с магией.

Крупный немолодой мужчина строго оглядел двор, но не нашел никаких недостатков, кроме мыльных пузырей, и потому смягчился. Чопорная дама поджала губы, но маг разглядел в ее глазах смешинки. Неужели это она помогла справиться с пузырями? Ах нет… Целуя ручку юной мисс, огневик ощутил чистую и светлую струю воздушной магии. Вот чьи это проказы! Интересно, интересно!

Между тем к экипажу подошла Агата и тоже со всеми поздоровалась, принесла извинения, а потом сказала:

— Позвольте вам представить нашего родственника, Раймонд де Сон.

— Де Сон? Не слышал… – протянул мужчина, подозрительно разглядывая артефактора.

— Мой кузен получил титул за свои успехи в прикладной магии, – небрежно сказал де Лэйн, коротко взглянув на ведьму.

Они оба знали, что титул был таким же авансом, как и это поместье.

— Что ж, приятно познакомиться, – протянул сосед. Он успел представить себя – «Шевалье де Вьенн!», жену – «моя супруга, мадам Коринн», и дочь – «мадемуазель де Вьенн».

— Я рад, – внезапно поклонился Раймонд, не сводя глаз с зардевшейся девушки.

Через несколько минут гости наконец вышли из экипажа и разместились на веранде, занавешенной полосами тюля от насекомых. К дому мага и ведьмы даже комары подлетали неохотно, но Агата считала правильным блюсти внешние приличия и не шокировать гостей своими умениями. Оливия лично принесла чайный поднос, и это означало, что гости важные. Гораздо чаще экономка, занятая делами, присылала с чаем горничную или лакея, а тут вышла сама и шепотом подсказала хозяйке, какой чай любит надутый шевалье.