Книга Дорогами судьбы, страница 174 – Юлия Ляпина

Принц первым шагнул в третью пещеру и остановился: прямо перед ним из-под спрессованного драконьим огнем скального грунта светились кости молодого дракона. Синеватый мерцающий свет испускали сотни малюсеньких шариков, похожих на болотные огоньки, они блуждали и тихо шуршали, а сзади, в глубине пещеры, ворочалось что-то огромное, безгласное, но исполненное такой злобы, что больше всего хотелось зажмуриться и убежать.

Но герцог за спиной Калабриана вскрикнул и принялся рубить с двух рук, постепенно подталкивая принца вперед:

— Сделай что-нибудь, Калабриан!! Или нас сейчас размажут по этим камням!

Но принц не просто стоял столбом, он изучал все, что было в пещере, магическим взором, надеясь понять, как все это устроено, и чем можно уничтожить. Оказалось, что сразу за могилой дракона находится стол, а на нем — друза полупрозрачных синеватых кристаллов. Излучая не видимую простым глазом волну, кристалл выращивал из костей дракона тех самых пожирателей, и к каждому синеватому шарику, мерцавшему на полу, тянулась невесомая ниточка от разросшейся во тьме пещеры друзы.

Приняв решение, Калабриан не стал медлить:

— Тирос, беги отсюда!

— Ни за что!

— Это приказ, ты должен спасти Сатру и ее жениха, и еще: похорони с честью Амирана, он заслужил.

Вытолкнув сопротивляющегося герцога вон, принц поднял руки и активировал самый мощный накопитель, который на нем был. Потом в дело пошли второй, третий и так все-все амулеты, взятые в путь. Но пока кристалл, захлебываясь, глотал магию и рос на глазах, Калабриан точечными уколами расшатывал свод и наконец, оседая на пол, выдернул огромную глыбу, прицельно обрушил ее на кристалл и, дополнив заклинание остатками сил, закрыл глаза.

Словно во сне он слышал хруст и грохот, а потом визг множества пожирателей, ощутивших гибель своего породителя, и тьма сомкнулась над головой.

Короля разбудил грохот за окнами — гроза? Поздней осенью? Поднявшись с широкой кровати, его величество осторожно подошел к окну; холодные струи стекали по толстому стеклу, вновь раздался грохот, и тут король заметил тревожное мерцание в одном из ящиков стола. Осторожно нажав пару завитушек, он выдвинул ящичек, выложенный бархатом — полученный от мага амулет тревожно мерцал алым светом, указывая лучом на Драконьи горы. Прежде чем король успел решить, стоит ли тревожить дурными вестями королеву, центральный камень амулета пыхнул особенно ярко и почти погас, от краев камня набежала чернота, и лишь в середине еще тлела алая искорка. Вздохнув, король вознес жаркую молитву и спрятал амулет обратно, до утра осталось немного времени, визит к магу не запланирован, но ведь можно вызвать его сюда, например, в библиотеку, только изгнать всех дам! Еще раз глянув на стол, король вернулся в кровать и обнял тихо, почти неслышно спящую жену.

Драконы, медленно кружа, смотрели сверху на когда-то прекрасную долину, столб дыма уже опал и иссяк, но груда камней вместо источенной пещерами скалы впечатляла. Командир активировал «спящие» маяки, и стало понятно, что четыре мерцающих огонька находятся там — в груде камней, а пятый чуть в стороне едва теплится. Получив ментальный сигнал, один из воинов скользнул бронзовой тенью ближе, и, оглядевшись, опустился на большой камень. Вокруг лежали трупы пожирателей, а их еще живые собратья, не обращая внимания на дракона, толпились у узкой расселины… Выдохнув струю пламени, дракон с радостью убедился, что теперь пожиратели горят — от них не осталось ничего, кроме жирной копоти на камнях. Оглядываясь, дракон искал пятый маяк и не находил! Наконец, решившись, он сменил облик и в человеческом облике заглянул в узкий промежуток между валунами: там сидел, сжавшись в комок, совершенно седой человек. Глубокие морщины, избороздившие лицо, блестели от потоков слез, но дряблые старческие руки держали меч.