Книга Нарисую любовь, страница 2 – Юлия Ляпина

Родители давно махнули на дочь рукой. Они жили в тихом поселке, в стороне от любого бомонда, выращивали кабачки, нянчились с тремя детьми ее младшего брата и были вполне довольны жизнью и возможностью говорить соседям:

— Дочка работает в Ярославле.

Друзья… В творческой среде друзей нет. Коллеги, знакомые, «нужные люди» и точка. Вздохнув девушка взглянула на разведенный на кухне бардак и криво усмехнулась: интересно, почему местом душевных переживаний всегда является кухня? Завтра похороны Сержа. Ими занимается Ирина. Добрые люди уже забросали сообщениями все контакты Марты, рассказывая о планах вдовы. Торжественное прощание, высокопарные речи, поминки в шикарном ресторане и прощальная выставка, которую будет организовывать молодой хлыщ, и по слухам любовник жены Сержа.

Молодая женщина мысленно пожала плечами. Она не пойдет в зал прощаний. Букет белоснежных лилий с золотой лентой уже отправлен туда. Никто не сможет помешать ей заглянуть на кладбище. Впрочем, Серж и сам не уважал все эти церемонии, да и ее приучил относиться ко внешним проявлениям печали или радости немного свысока:

— Когда человек счастлив или горюет, ему не нужен никто, — приговаривал он своим хриплым насмешливым голосом, щедро укладывая мазки. — Ты ведь не будешь горевать по мне Марта, правда? Будешь радоваться, что старый маразматик хлопнулся в гроб и перестал портить тебе жизнь.

Тогда девушка смеялась и отмахивалась:

— Серж, если я испорчу эти визитки ты сам будешь бурчать не хуже гипотетического маразматика.

Они могли посмеяться вместе, могли поплакать, а могли разругаться вдрызг, швыряя на пол холсты и кисти. Может поэтому Ирина и ревновала. Она давно была просто женой. Не иконой, не музой, не занозой в мягком месте и ей не хватала прежнего огня. Марта ей сочувствовала, и где-то даже понимала, но не собиралась покидать свое место.

Теперь все. Ирина может наслаждаться всеобщим вниманием и наследством, а Марте придется собирать себя по кускам и учится жить заново. Без Сержа.

Махнув рукой на беспорядок, молодая женщина ушла в спальню, упала на кровать и уснула.

Разбудил ее настойчивый звонок в дверь. Неужели домработница пришла так рано? С трудом открыв напухшие от слез и спиртного глаза Марта добралась до двери и забыв осторожность распахнула ее. На пороге переминался молодой парень в строгом костюме с галстуком:

— Марта Александровна Иванцова? — спросил он.

— Да, — ответила она удивленно рассматривая не званного гостя.

— Меня зовут Антон Владимирович, Серж просил зайти, если с ним, что-нибудь случиться…

Марта побледнела, в голове закрутились самые странные мысли, но мужчина торопливо добавил:

— У меня для вас пакет.

— Заходите! — девушка широко распахнула дверь и пошла на кухню.

Ей срочно требовалась вода, успокоительное и компресс. Юноша внял ее состоянию и сидел тихо, пока девушка расчищала стол, пила лекарства и ставила чайник.

— А теперь еще раз молодой человек. И подробнее, — попросила Марта, закуривая.

— Я младший помощник нотариуса, родители дружили с Сергеем Андреевичем…с Сержем. Несколько лет назад он оставил у меня пакет и настоятельно просил передать вам, если его не станет.

Марта молча протянула руку, а парень сначала подсунул ей листочек с накладной и ручку. Черканув подпись, девушка сломала сургучную печать на непривлекательном пакетике из коричневой оберточной бумаги. Внутри была пачка бумаг вполне официальных с печатями и штампами, а сверху лежал листочек, вырванный из школьной тетрадки в узкую линейку. Серж любил писать свои заметки именно на таких.