Книга Подарок, страница 151 – Юлия Ляпина

— Хорошо, — Жан поднялся в некотором раздражении, — а дракон не желает меня видеть?

— Его нет дома, — спокойно ответила я, — и я прошу тебя дать слово, что ты не будешь мстить Ролленквисту, за то, что он спас мне жизнь, и спрятал в своей пещере.

— Клянусь, — сказал Жан, и нехотя добавил, — я видел, что осталось от твоих покоев, если бы он вас не забрал, я давно бы вдовел.

— Не хочешь взглянуть на малышку?

— Нет, в другой раз.

— Как пожелаешь, Жан, до свидания.

Кивнув на прощание, Жан ушел в телепорт.

Слово свое будущий правитель сильфов сдержал: через пару часов Ролленквист получил короткое послание и открыл в моих покоях телепорт. В светящуюся рамку тотчас прошли двое мужчин и три женщины: куафер, дамский портной и их помощницы.

Сняв мерки и получив комнатку для работы, портной благоразумно не показывался оттуда, пока не требовалась примерка. А вот куафер меня замучил! Причитая о недопустимом для столь знатной леди облике, он затребовал лохань горячей воды, и принялся «придавать мне достойный вид». Сначала его помощница рыдая в платочек покрошила в кашу пару крупных луковиц и смешав их с медом и сливками намазала все это мне на голову, и закутала все полотном.

Тем временем руки изрядно отбеленные стиркой пеленок и с парой порезов и ожогов от готовки на незнакомой кухне смазали топленым гусиным жиром с ароматными травами и тоже закутали в полотно.

Лицо намазали белой глиной пополам с яичным желтком и сливочным маслом, и только уложив меня в кровать, разрешили камеристке прикладывать Софи к груди. Через час я смывала с себя все намазанное и стонала, но и потом лучше не стало: оказывается, Жан приказал приготовить свою супругу к визиту немедленно! Так что едва портной сшил платье, как меня усадили делать прическу.

Для Софи приготовили нарядное платьице длинной в три локтя, и чепчик обшитый жемчугом. Камеристке полагалось платье с передником, указующим на ее должность няньки при юной принцессе. Когда дракон привлеченный ревом малышки заглянул в гостиную, он просто оторопел, и заявил, что одних нас не отпустит.

Я уже дошла до такой стадии, что мне было все равно, и когда через полчаса по сигналу куафера в комнате замерцала рамка портала, я шагнула в нее без раздумий.

Облачный чертог встретил нас тишиной: Жан стоял у открытого окна, и любовался открывающимся видом. Ролленквист под руку подвел меня к трону, сзади семенила камеристка с Софи на руках:

— Добрый день, Жан, — я взирала на мужа утомленно, и понимала, что сил на изящные остроты и тонкие намеки у меня нет, а потому только спросила, — ты готов?

— Прошу вас, миледи, — Жан развернулся к трону, — полагаю свою просьбу вы захотите высказать сами.

Я повернулась к дивному сооружению, и мысленно заговорила о том, что давно обдумала: рассказала как попала в этот мир, как встретила Жана, как влюбилась в него и как поняла, что не готова встать рядом, что наши желания не совпадают. В конце всего высказанного и выраженного я смиренно попросила отпустить меня, и вручить магические дары другой женщине, той, что сможет сделать Жана счастливым королем.

В ответ пришла ощутимая волна сочувствия, а потом перед моими глазами замелькали картинки: леди Лионелль, склонившаяся над хрустальным шаром, в котором отражается моя полудетская мордашка, а вот ее руки с приметным кольцом с огромным черным бриллиантом вынимающие из шкатулки знакомую блестящую загогулину. А вот и узкое, неправильной формы оконце телепорта, и легкий хлопок, сообщающий о доставке.