Книга Подарок, страница 125 – Юлия Ляпина

Роллен похудел, и его драконья сущность прорывалась все чаще: на опасных склонах отрастали когти, а утром вместо приветствия раздавалось рычание. И в один из дней я понял, что больше так не могу, нужна пауза, перерыв, кусочек теплого, уютного мира, среди скользких помертвевших скал.

Дракон выслушал меня, и согласился. Оставив проводнику и его внуку все оборудование, мы сняли координаты просторной площадки, переглянулись, и шагнули в окно телепорта!

Марина

День не задался с утра: всю ночь я не могла уснуть, слушая шуршание дождя, а потом проснулась с головной болью. Ворчащая леди Лионелль сама пришла звать меня к обеду, но растормошить меня ей не удалось. Наконец она сообщила, что внизу дожидаются торговцы, и мне нужно непременно спуститься и выбрать себе ткани на новые платья и безделушки для поднятия настроения.

Если б она знала, как мне было неловко! Жан совсем не оставил мне денег, то ли считая, что в гостях они мне не понадобятся, то ли здесь было в обычае принимать подарки от хозяев дома. От бесконечного смущения меня спас Ролен: в сундучке с письменными принадлежностями, доставленными из дома вместе со мной, я обнаружила кошелек с тяжелыми золотыми монетами, и два кошеля побольше — с медью и серебром. К кошелям прилагалась записка с пожеланием беречь себя и не отказывать в маленьких радостях.

Я не хотела трогать эти деньги, отношения с Роленом пугали своей непонятностью и запутанностью, но торговцы наезжали в поместье едва ли не каждую неделю, а одежда становилась мала. Порой неожиданно хотелось коричных пряников, или соленых орешков, а однажды я велела камеристке вынести из купальни все запасы мыла и косметики — запах оставлял противное ощущение на языке, но и грязной ходить не хотелось. Леди Лионелль отнеслась к причуде с пониманием и вызвала в поместье торговца, которого я обрадовала на немалую сумму в пару золотых, воспылав любовью к драгоценному розовому маслу, которое прежде находила слишком сладким.

Так что после каждого визита торговцев Ролленквист получал от меня благодарственную записку с подробным рассказом о покупках. Жану я о них писать стеснялась, а вдруг он не одобрит.

Я заставила себя кое-как сползти с кровати, и умыться, малышка приветственно толкнулась и устроила гонки в пузыре, пока Асана расчесывала мне волосы, и заплетала простые косы, от сложных укладок болела голова.

Есть не хотелось: стакан молока и пару кусочков печенья я съела еще в спальне, так что я осторожно спустилась в большой низкий зал, украшенный каменными арками. Торговцев было пятеро, и к моему удивлению все они были молоды и картинно смазливы: два блондина, два брюнета, и один очаровательный рыжик с робкой улыбкой.

На столах раскинулись ткани: тонкое полотно с вышитым краем, для сорочек и входящих в моду нижних юбок. Плотное тонкое сукно для уличных платьев, и тонкая мягкая шерсть для домашних. Прохладный шелк для рукавов и кушаков, толстый чопорный атлас для нарядных платьев, рыхлый бархат для торжественных и придворных. Эти столы я прошла, скользя равнодушным взглядом: беременным женщинам появляться на официальных мероприятиях не прилично, да и в поместье потихоньку приходила весна, а рожать мне летом, значит, смотрим ткани полегче, и пару теплых платьев для прогулок.