Книга (не)покоренная для Монстра из Бездны, страница 13 – Инесса Голд

Я сидела за столом, и свет масляной лампы выхватывал из темноты страницы древнего манускрипта, исписанные выцветшими строками о К'Тарр. Я искала слабости, способы защиты, но текст был полон иносказаний и обрывочных сведений.

Перед тем как лечь, я провела свой маленький ритуал паранойи. Окно было плотно закрыто на тяжелую железную щеколду. Дверь заперта на толстый дубовый засов. Иллюзия безопасности. Я легла в кровать, но сон не шел. Каждый скрип половицы в коридоре, каждый порыв ветра за окном заставлял мое сердце замирать.

В конце концов, изнеможение взяло свое, и я провалилась в тяжелую, вязкую дрему.

Я проснулась внезапно. Не от кошмара, а от пронзительного чувства холода и чужого присутствия. В комнате было тихо и пусто. Но что-то было не так. Я села в кровати, сердце колотилось о ребра, как обезумевшая птица.

Мой взгляд метнулся к окну.

Тяжелая железная щеколда была поднята. Створка окна была приоткрыта на ширину ладони, и в щель сочился холодный ночной воздух, пахнущий сыростью и близкой Бездной. Я точно помнила, как опускала эту щеколду. Я проверяла ее дважды.

А потом я увидела ее.

На подоконнике, в полосе лунного света, лежала свежая, идеальная призрачная орхидея. Тот самый цветок из моего первого сна. Ее молочно-белые лепестки слабо мерцали, и я почти физически ощущала исходящий от нее тонкий, пряный аромат, который теперь навсегда будет ассоциироваться у меня с ужасом.

Меня не трясло. Слезы не шли. Я просто смотрела на цветок, и меня накрыло ледяное, всепоглощающее спокойствие абсолютного понимания.

Он был здесь.

Не во сне. Не в моей голове. Он физически стоял в этой комнате, пока я спала. Он прошел сквозь запертую дверь, как призрак. Он открыл окно. Он оставил свой знак, свою визитную карточку.

Он не просто играл с моим разумом. Он хотел показать мне, что для него не существует замков, стен и засовов. Он хотел, чтобы я знала, что я абсолютно, тотально уязвима. Что он может прийти и взять меня в любой момент, когда пожелает.

Убежища больше не существовало.

Рассвет застал меня на полу, прислонившейся спиной к двери. Тело затекло и похолодело, но я этого почти не чувствовала. В руке я сжимала призрачную орхидею. За ночь она не увяла, ее молочно-белые лепестки все так же слабо мерцали в сером утреннем свете, насмехаясь над законами природы.

Ужас предыдущей ночи выгорел, оставив после себя лишь холодную, отстраненную ясность. Я перебирала факты, как Изыскатель перебирает снаряжение перед спуском.

Сайлас боится и не поможет. Рис считает меня сумасшедшей. Мой разум — поле битвы, которое я проигрываю. Моя комната — больше не крепость. Я была изолирована, уязвима, загнана в угол. У меня не осталось ничего, кроме…

Мой взгляд упал на шею, на шнурок с амулетом. Я вспомнила его странное тепло после каждого провала в памяти, после каждого сна. Это была единственная константа в моем рассыпающемся мире. Единственный объект, который реагировал на его вторжение.

Решение пришло само. Резкое, как удар клинка.

Я нашла Аню в ее мастерской, уже по уши в работе. Она склонилась над вскрытым корпусом какого-то сложного навигационного прибора, и в воздухе пахло озоном и раскаленной канифолью. Мой вид, должно быть, был хуже, чем я думала, потому что она мгновенно отложила паяльник и сдвинула защитные очки на лоб.