Книга Иномирная колючка его высочества, страница 133 – Юлия Зимина

С его появлением обстановка в кабинете неуловимо изменилась. Император, не проронив ни слова, перевел тяжелый взгляд на вошедшего старика, а затем небрежно махнул рукой в мою сторону.

— Исполняя волю наследного принца, — ровным, но ледяным тоном приказал отец.

Ловьер, ничем не выдав своего удивления столь странной компанией в кабинете правителя, низко склонился в приветственном поклоне. Я коротко кивнул ему в ответ.

— Мне нужно, чтобы вы взяли кровь у этой девушки, — я указал на замершую служанку. — Проверьте ее прямо здесь. И скажите, какой именно яд течет в ее венах.

Лекарь перевел внимательный взгляд на Орию. Девушка была бледной, ее била мелкая дрожь, но никаких видимых признаков отравления у нее не наблюдалось. Она стояла на ногах, дышала ровно, не корчилась от боли. Любой другой лекарь мог бы усомниться в том, что отравлена, но Ловьер не стал спорить или задавать лишних вопросов.

Он послушно кивнул и, получив разрешающий взгляд от Императора, подошел к краю массивного дубового стола. Быстрыми, отработанными движениями старик извлек из складок своей мантии несколько небольших прозрачных сфер-артефактов, короткий ритуальный нож и кипенно-белую, фарфоровую пиалу. Разложил всё это на полированной поверхности.

— Подойди, дитя, — негромко позвал он Орию.

Служанка судорожно втянула воздух и на подгибающихся ногах направилась к старику.

Я стоял, словно натянутая струна. Знал, что именно будет происходить дальше, но всё равно смотрел на манипуляции лекаря пристально, не отрывая глаз.

Ловьер взял дрожащую руку Ории. Короткий, точный взмах лезвием — и на девичьей ладони выступила алая полоса. Девушка тихонько пискнула. Лекарь перевернул ее руку над белой пиалой. Капли крови сорвались вниз, ударяясь о фарфоровое дно. Но вместо того, чтобы растечься лужицей, алая жидкость тут же впитывалась в белоснежный материал артефакта, не оставляя после себя ни единого следа, словно вода в сухой песок.

Напряжение в кабинете достигло своего пика. Все, даже отец, затаив дыхание, наблюдали за процессом. Лишь Ловьер оставался невозмутимым, полностью сосредоточившись на своем деле.

Он перевязал ладонь Ории чистым лоскутом ткани и велел ей отойти. Затем взял первую хрустальную сферу и плавно поднес ее к краю пиалы, шепча активирующее заклинание. Внутри сферы за клубилась белесая дымка. Она лениво перекатывалась по стеклу, оставаясь чистой и светлой. Никакой реакции.

Лекарь отложил артефакт, взял следующий. Снова шепот, снова белесый туман внутри сферы. Пусто.

Мои челюсти стиснулись до скрежета. Я начал нервничать. «Поцелуй спящей сирены» славился своей невидимостью. Неужели он уже успел раствориться?! Неужели яд подействовал быстрее обычного?!

Ловьер методично менял сферы. Третья. Четвертая. Пятая. Всё тот же спокойный, белесый туман.

С каждой отбракованной сферой мое сердце проваливалось всё глубже. Я уже открыл рот, намереваясь потребовать использовать самые сильные, самые древние артефакты-распознаватели, как вдруг...

Шестая сфера, оказавшись над белой пиалой, внезапно дрогнула. Белесая дымка внутри нее закрутилась бешеным вихрем. Она начала стремительно буреть, наливаясь густым, грязным багровым цветом, а еще через секунду туман вспыхнул и почернел, словно кусок угля.