Книга Ненужная леди Асгарда, страница 83 – Виолетта Весна

— Вы начинаете заседание с обвинения?

— Нет. С уточнения. Астор занял место у знака Рейвенов, но не сел. Это тоже заметили. Хольм вышел вперед и положил на стол Совета протоколы, опечатанный футляр с договорной костью и пластину первых клятв.

— По требованию первого голоса Совета и по праву городской стражи представляю свидетельства, собранные за последние сутки. Прошу внести в протокол: леди Эйрина Вальд явилась добровольно, под охраной стражи и без попытки уклониться.

— Внесите, — сказал Морвен. Писец склонился над доской. Морвен поднялся. Голоса стихли.

— Асгард переживает тревожные дни. Старые печати просыпаются, улицы открываются там, где их не было, архивы, не внесенные в реестры, оказываются вскрыты без решения Совета. В центре этих событий стоит одна женщина — леди Эйрина Вальд, наследница угасшего Дома, прибывшая по спорному договору, подлинность которого не доказана. Варвара слушала спокойно. Теперь она слышала в его речи не смысл, а работу. Он не лгал грубо. Он ставил правдивые факты в такой порядок, чтобы они сами стали ложью.

— Дом Морвенов не ищет власти над леди Вальд, — продолжал он.

— Дом Морвенов ищет безопасности для города. Поэтому я предлагаю до окончания семидневного срока передать леди Вальд под нейтральную защиту свидетельской палаты Морвенов. Там ее память, документы и связь с проснувшимися печатями будут исследованы без влияния Дома Рейвенов, чья собственная роль в деле Лиссы Рейвен, как мы теперь слышим, может быть болезненно связана с предметом спора. Лиан дернулся, но Мирра положила ладонь ему на руку. Астор не изменился в лице. Варвара сделала шаг вперед.

— Дом Морвенов не может быть нейтральным. Морвен повернулся к ней.

— Потому что вы так решили?

— Потому что свидетельское зеркало в вашем доме показало вас рядом с прежней Эйриной Вальд в архиве в момент воздействия на ее память.

— Поврежденное зеркало.

— Потому что письма от моего имени написаны на бумаге Морвенов и чернилами с зеркальным лаком.

— Бумага продается многим.

— Потому что мой брат получил от вас письмо с зеркальной печатью, где было требование вернуть меня до третьего заката. Натан Вальд, которого привели под стражей и поставили у нижнего ряда, вздрогнул, но не опустил головы. Морвен мягко сказал:

— Лорд Вальд сам признал, что не знал содержания письма. Возможно, кто-то использовал его страх.

— Да, — сказала Варвара.

— Вы. В зале поднялся шум. Морвен дал ему несколько секунд, потом поднял руку. Стало тише.

— Леди Вальд, ваша дерзость уже перестала быть забавной. Сегодня мы будем говорить не о намеках, а о клятвах. Дом Морвенов подготовил документ, который, надеюсь, завершит этот спор. Он кивнул писцу. Тот вынес серую каменную пластину, завернутую в ткань. На ткани стоял знак Вальдов. Варвара почувствовала, как у нее похолодели пальцы. Астор чуть наклонил голову, не сводя глаз с пластины. Морвен сказал:

— Перед вами клятва Дома Вальдов, датированная годом закрытия Нижнего Асгарда. Согласно ей, Дом Вальдов добровольно отказался от права хранителей памяти, признал свою вину в нарушении городского порядка и передал право проверки свидетельств Дому Морвенов. Именно поэтому Дом Вальдов утратил голос в Совете. Именно поэтому любые нынешние претензии леди Вальд на древнее хранительское право являются ложными. Тишина стала мертвой. Писец развернул ткань. Пластина была светло-серой, тонкой, с вырезанными строками и знаком Вальдов внизу. Выглядела старой. Очень старой. Края стерты, буквы потемнели, в углублениях лежала вековая пыль. На первый взгляд — подлинник. Морвен смотрел прямо на Варвару.