Книга Ненужная леди Асгарда, страница 19 – Виолетта Весна

— Достаточно, чтобы начать ссориться.

— Хорошая мера. Варвара взяла первое письмо и провела пальцем над строками, не касаясь чернил.

— Смотри. Здесь нажим ровный. Слишком ровный. Человек, который пишет о своем браке, дороге, страхе, долге рода, не давит на перо одинаково в каждой строке. А вот здесь буква чуть выше. И здесь. Видишь? Тэсса прищурилась.

— Я вижу пятно.

— Это не пятно. Это остановка. Перо задержалось, потому что писавший копировал чужую форму буквы.

— То есть кто-то подделал ее руку?

— Скорее сделал вид, что пишет за нее под диктовку. Или переписывал с образца. Марта тихо сказала:

— Леди Эйрина редко писала сама. Лорд Натан говорил, что у нее слабая рука. Варвара подняла одно письмо к свету.

— Слабая рука оставляет неровность. Здесь рука уверенная, но притворяется скромной.

— Можно притворяться даже почерком? — спросила Тэсса.

— Почерком особенно. Она взяла другое письмо. Бумага была хорошая, но не вальдская. Слишком плотная, с едва заметным водяным знаком: маленький ромб, внутри которого стояла вертикальная черта.

— Тэсса, ты знаешь этот знак? Девушка посмотрела и сразу перестала улыбаться.

— Бумажные мастерские Морвенов. Марта охнула:

— Но лорд Натан покупал бумагу где дешевле — Бумага Морвенов не дешевая, — сказала Тэсса.

— На ней пишут свидетельства, долговые обязательства и красивые письма, после которых у людей исчезают дома. Варвара положила лист отдельно.

— Вот и первая нитка.

— Нитки в Асгарде обычно ведут к петле, — заметила Тэсса.

— Тогда будем держать нож рядом. В дверь постучали. На этот раз вошел не стражник, а мальчик-посыльный, тот самый веснушчатый Пим. Он поклонился так низко, что чуть не ударился лбом о поднос.

— Леди Вальд, лорд Рейвен велел передать: проверка памяти отложена до полудня. К вам придет мастер Корвин.

— Почему отложена? Пим сглотнул.

— В малом круге трещина, миледи. Тэсса выронила тряпицу.

— Какая трещина?

— Новая. Через знак Морвенов. Мальчик понял, что сказал лишнее, покраснел и поспешно поставил поднос с новой чернильницей.

— Мне велели больше ничего не говорить.

— Ты уже сказал самое полезное, — заметила Варвара. Пим испуганно поклонился и убежал. Тэсса закрыла за ним дверь.

— Трещина через знак Морвенов в малом круге — это плохо.

— Почему?

— Потому что малый круг проверяет память, клятвы и следы чар. Если он треснул, значит, кто-то не хочет, чтобы вас проверяли.

— Или хочет, чтобы я так подумала. Тэсса посмотрела на нее с живым уважением.

— С вами трудно будет играть в кости.

— Я не играю в кости.

— Тогда с вами трудно будет жить в Асгарде. Через полчаса пришел мастер Корвин. Он оказался не таким, каким Варвара представляла архивариуса магического города. Не сухой мудрец в длинной мантии, не величественный хранитель тайн. Невысокий старик с сутулой спиной, лысиной, острым носом и руками, которые все время что-то искали: край рукава, невидимую пылинку, пуговицу, складку воздуха. Пахло от него пылью, воском и горькими чернилами. Он вошел без лишних поклонов, остановился у стола и уставился на письма.

— Кто разрешил вам раскладывать их у окна?

— Тот, кто хотел, чтобы я их прочитала.

— Читать можно и в темноте, если знать буквы.

— А подделки лучше видно на свету. Корвин наконец посмотрел на нее. Глаза у него были водянисто-серыми, но неожиданно ясными.