Книга Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера, страница 66 – Екатерина Богданова

Вот сейчас появится, вылечит моё несчастное запястье, а потом будет скандал! Ну, где же ты, Мастер Стоун⁈ Или уже хоть кто-нибудь?

Попытка осмотреться привела всё к тому же результату — вокруг было темно, хоть глаз выколи. Куда же меня занесло⁈

Сосредоточиться мешали боль и страх, но я попыталась мыслить логически — Алька сожгла тряпицу и, видимо, это запустило какой-то магический, пусть будет, механизм. Браслет попытался защитить меня… Да, так себе защита, учитывая повреждения, но всё же. И что дальше? Браслет не сработал? Или сработал, но как-то не так и меня занесло невесть куда?

— Мастер Стоун, — позвала нерешительно. — Рассел! — добавила уже громче.

В ответ тишина.

— Никла? — прошептала уже едва слышно.

Ответа опять не последовало. И я пошла вперёд, вытянув перед собой здоровую руку, а пострадавшую прижимая к груди и кусая губы, чтобы не стонать от боли. Слёзы уже текли по щекам непрерывно. И мне самой было непонятно, от чего я плачу — от невыносимой боли или от сковывающего всё тело страха. И того и другого было в избытке.

Сделав всего шагов пять, натолкнулась на стену, холодную, шершавую и неприятно влажную. Это какой-то подвал?

Идя вдоль этой стены и борясь с желанием отнять ладонь от мокрой, противно-склизкой поверхности, я добрела до двери. Не сразу поняла, что это углубление дверь, но потом натолкнулась на ручку, потянула, и в глаза ударил яркий свет.

— Стой! — крикнул кто-то смутно знакомым голосом. — Куда это ты собралась?

Я замерла, часто моргая, чтобы привыкнуть к свету, но от приоткрытой двери не отошла.

— Не спеши, дорогая моя. Подожди минутку, я ещё не закончил, — недовольно, но в тоже время и ласково произнёс тот, кто находился за этой дверью.

— Где я? И кто вы? — спросила, придерживая пострадавшую руку здоровой.

— А ты кого ожидала? — посмеиваясь, спросил мой собеседник, скрывающийся где-то за углом.

Я набралась смелости и вышла из тёмного помещения в залитую светом… лабораторию. Здесь было много белого — стены, потолок, пол, столы, стулья, и даже стоящие на столах прозрачные колбочки и баночки были заполнены чем-то белым.

В следующее мгновение обзор заслонила фигура в белом халате. Я медленно подняла взгляд и охнула. Никла! Только какой-то немного другой, не растерянный, каким я видела его на площади, и не нагловато-грустный, каким он был, когда мы познакомились в Гнилом квартале. Этот Никла был сосредоточенным, но в тоже время и радостным, даже весёлым. Вот только это веселье граничило с безумием.

— А вот и моя девочка, — довольно протянул он. — Сколько же мы с тобой сделаем, ты даже не представляешь!

Представлять мне совсем не хотелось, ибо было откровенно страшно. Эта версия Никлы меня неимоверно пугала! Он был похож на безумного учёного из какого-нибудь фильма ужасов. С таким Никлой общаться не было никакого желания! И что означают эти его слова? Мы с ним что-то сделаем, или речь о том, что он со мной делать будет?

Жуть… По спине прошёлся неприятный холодок.

— Ох, ты моя бедная, — покачал он головой, взглянув на мою сожжённую браслетом руку. Сама я на неё смотреть опасалась. Казалось, если увижу, что там творится, ещё больнее станет.

— Иди же сюда, — схватил он меня за локоть и потянул за собой к одному из столов. — Садись, сейчас мы тебя освободим и подлечим.