Книга Искра для Льдистого. Буря в Академии Стихий, страница 24 – Екатерина Богданова

Ух ты! Начать учить практическое применение магии на первом курсе? Да кто от такого откажется⁈ Каждый первокурсник мечтает пользоваться магией, а не только изучать её.

Если честно, я с самого начала была в недоумении, почему новичков только теорией пичкают, раз у нас уже есть активная магия? Если бы сразу практике учили, у меня проблем с льдистым и не возникло бы. Он же прицепился ко мне в первую очередь потому, что я его чарами огрела. А потом, как снежный ком, всё по нарастающей понеслось. Исключительно совпадения и моё неумение контролировать магию.

— Я буду очень благодарна, если вы научите меня практической магии. И никому не скажу, обещаю! — благодарно выдохнула я, прижав руки к груди.

— Вот и хорошо, — ласково улыбнулась Амплитуда Арнольдовна. — Приходи после лекций, позанимаемся. У меня сердце болит за тебя, девочка моя. Со мной тоже вот так было, но никто не вступился. Ты вообще на меня очень похожа, такая же сильная и отважная, но невезучая. Но ничего, — взяла меня за руку и сжала ладошку профессор, — вместе мы справимся с этим ледяным и решим все твои проблемы.

— Спасибо! — ответила я.

И, не удержавшись, обняла профессора Кварц. Она с самого моего появления тут, отнеслась ко мне с пониманием. А теперь и вовсе стала кем-то вроде феи-крёстной. Не знаю, что бы я делала без её поддержки.

Тепло простившись с Амплитудой Арнольдовной, я вышла в коридор и тут же угодила в объятия Славика! Он крепко прижал меня к себе, приподнял, шумно вздохнул, как мне показалось, нюхая мои волосы, отстранился и выпалил:

— Ну вот! Живёхонькая и даже улыбается!

— Слав, кончай слюнявить Даше волосы. Мы и так уже поняли, что ты к ней неровно дышишь! — засмеялась Ганимеда.

— Да ну вас. Я же по-дружески. Присматривать за вами нужно, а то вечно куда-то вляпываетесь, — проворчал Славик, отступая.

— И это говорит тот, кто постоянно куда-то спешит, но везде опаздывает и пропускает половину занятий, — фыркнула Ганя.

— Точно! — хлопнул себя по лбу Слав. — Мне пора! Увидимся на обеде.

И он убежал. Ганька проводила его побег заливистым смехом, подхватила меня под руку и объявила:

— А у нас сейчас свободное время, профессор Оуц уехал на какое-то там срочное собрание, лекцию отменили. Что делать будем?

— К снежному дереву пойдём, — уверенно ответила я. — Желание буду загадывать.

— А ты уже определилась? — прищурилась Ганя.

— И ещё как! — кивнула я.

Пришлось потратить завидную часть свободного времени на одевание. Ганя упёрлась и настояла, чтобы я утеплилась по полной программе!

— А чулки-то ещё одни зачем? — простонала я, когда она протянула мне вторую пару тёплых чулок.

— Надевай давай, — категорично ответила подруга. — Сказано же было, не переохлаждаться.

— Да там совсем не холодно! — возразила я.

Но натолкнулась на непробиваемый взгляд и начала натягивать вторые тёплые чулки поверх таких же первых. Рядом на кровати лежали шерстяное платье, форменный зимний пиджак и личный плащ-накидка Ганимеды, в котором она в город выходила. Я ходить-то во всём этом смогу⁈

Знала бы Ганя, какие зимы там, в моём родном мире, не кудахтала бы так надо мной. Здесь зима была намного ласковее. За месяц, как лёг снег, холоднее минус десяти и не было.

Но даже это у них считалось жуткими морозами, которые воздушники и огневики усердно старались исправить общими усилиями. Поэтому на территории академии всегда было относительно тепло и безветренно. Минус поддерживался минимальный, только для того, чтобы снег не растаял, потому что «ну какое же Снежногодье без снега».