Книга Искра для Льдистого. Буря в Академии Стихий, страница 22 – Екатерина Богданова

— Вернёмся к этому вопросу позже, — кивнул Колд и развернулся, намереваясь покинуть кабинет профессора Кварц. Остановился у двери и, не оборачиваясь, произнёс: — Надеюсь, не стоит уточнять, что это должно остаться между нами?

— Разумеется, — согласилась Амплитуда Арнольдовна. — И… спасибо вам, Эйс.

— Пока не могу ответить тем же, — сухо проговорил льдистый и вышел.

Он не видел, как профессор Кварц коварно улыбнулась ему в спину. Она немного слукавила. Да, полностью снять наложенные Дашей чары Амплитуда Арнольдовна не могла, однако в её силах было значительно притупить их действие, сведя практически к минимуму. Но зачем? Пока льдистый под чарами, ему не стоит приближаться к девочке. Вот пусть и держится подальше!

Я проснулась глубокой ночью. В полной темноте! Только тонкая полоска света указывала на место, где находится дверь. И это было не то место, в котором она находилась раньше…

Меня перенесли в другую палату, пока спала! А ещё, основательно подлечили. По ощущениям, у меня уже ничего не болело. Пропали и слабость, и ломота в теле. И даже голос восстановился. Вот это медицина!

Ну а если я уже не больна, то и в лазарете мне делать нечего.

Осторожно встала, кое-как добралась до двери, нащупала ручку и приоткрыла. В коридоре было светло, пришлось немного задержаться, чтобы глаза привыкли. А когда я проморгалась и открыла дверь шире, увидела кого-то, крадущегося вдоль стеночки в другом конце коридора.

Это некто заглянул в одну дверь, потом во вторую. А когда закрыл её, повернулся так, что я смогла рассмотреть его лицо.

Славик!

— Эй, тс-с-с, — позвала шёпотом.

Слав обернулся, радостно улыбнулся и на цыпочках побежал ко мне. Втолкнул меня в палату, ввалился сам следом и закрыл дверь.

— Ты чего в темноте сидишь? — спросил он полушёпотом.

В следующее мгновение посреди палаты вспыхнул маленький яркий шарик, осветивший небольшое помещение без окон, в котором были только кровать и мы. Шарик устремился вверх и завис под потолком.

— Вот так-то лучше, — деловито заявил Славик. — Кое-как тебя нашёл. Ты чего в этой каморке-то?

— После твоего прошлого визита перевели, — ответила я, сложив руки на груди. — Вообще-то мне нельзя было холодным воздухом дышать, а ты окно открывал. Мне хуже стало.

— Да? — незадачливо почесал он затылок. — А сейчас вроде ничего, бодрая.

— Меня целитель усыпил из-за того, что стало плохо, и вылечил, — развела я руками.

— Так это же отлично! — обрадовался Славик. — Вот смотри, пока тебе было не очень плохо, тебя особо и не лечили. Это у целителей принято так, говорят, организм сам должен справиться с болезнью. А как хуже стало, раз, и исцелили быстренько. Считай, я тебе время сэкономил!

— Вот уж спасибо, — усмехнулась я ехидно.

Но вообще, он прав, сейчас я чувствую себя полностью здоровой, а утром профессор Манри обещал, что только через пару дней всё пройдёт.

— Обращайся, всегда готов открыть окно! — широко улыбнулся Славик.

— Зачем пришёл-то? Ночь же, — спросила я, покосившись на стену. Там раньше окно было, забыла, что это другая палата. — Или не ночь?

Вдруг я из-за отсутствия окна время перепутала.

— Ночь, ночь, — покивал Слав, выуживая из-за пазухи какой-то свёрток. — Вот, это мы с Ганей тебе собрали. Тут наверняка кормят какой-то ерундой.