Книга Битва темных душ, страница 98 – Вероника Фокс

В его голосе прозвучало что-то непривычное для меня, будто бы для него это была тяжелая правда, которую он так тщательно прятал в себе.

— Торвин хороший правитель, — сказала я спокойно.

— Я бы сказал, он самый мягкий из всех, с кем мне приходилось иметь дело. Но знаешь, мягкость — это не слабость. Иногда именно она может удержать вещи на своих местах.

— Спасибо, что приехал.

Надин обернулся. В сумерках он показался мне повзрослевшим, хотя времени после последней встречи прошло не столько много.

— Я тоже рад твоему обществу.

* * *

Ночь опустилась быстро — будто кто-то просто стёр небо, оставив лишь тёмную, плотную глубину. Мы разбили лагерь у подножия скалы. Телепортироваться было слишком рискованно: всплески магии легко могли привлечь ищеек Бруно, а нам только этого не хватало.

Вин с Даном спорили, кто лучше разведёт костёр без использования силы, и таскали сухие ветки, бросая друг на друга короткие насмешливые взгляды. В итоге Надин молча взял дело в свои руки. Искра получилась маленькой, почти незаметной, но её хватило — сухие ветки занялись, потянулся тёплый свет, и лагерь будто стал чуть безопаснее.

Ивви устроилась у огня, грела ладони о кружку с травяным отваром. Её движения были неторопливыми.

Я отошла к краю обрыва. Ветер здесь пах полынью и далёкой грозой — свежий, колючий. Я смотрела в черноту, где не было ни звёзд, ни огней, только пустота, в которую можно было выдыхать усталость.

Спустя время за спиной послышались знакомые шаги.

Раум встал рядом, и я почувствовала, как на моей левой руке, там, где под кожей тлела печать нашей клятвы, пробежало тёплое пульсирующее свечение, и я невольно сжала ладонь в кулак, потому что эта пульсация всякий раз напоминала мне о цене, которую мы оба заплатили за то, чтобы он стоял сейчас рядом со мной.

— Ты долго не спал, — сказала я, не оборачиваясь, и он тихо усмехнулся, потому что демонам и вправду не нужен был сон, и он просто стоял и смотрел в ту же черноту, что и я. — Мог бы и для приличия лечь поспать.

— Ты тоже не спала долго, — парировал он в ответ.

— Я не могу спать, когда мир пылает огнем.

— Вот тебе и ответ на твой вопрос.

Я поджала губы.

— Что бы ни случилось, — произнёс он наконец, и его голос прозвучал так тихо, что я расслышала его скорее сердцем, чем ушами, — я рядом. Ты знаешь это.

Я повернулась к нему и посмотрела в его фиолетовые глаза, в которых плясали отблески далёкого костра, и почувствовала, как к горлу подступает ком, который я держала в себе все эти дни, и голос мой дрогнул, когда я ответила.

— Я знаю, — сказала я, и печать на ладони пульсировала в такт моему сердцу. — И я не хочу снова потерять тебя.

Раум ничего не сказал. Просто накрыл своей тёплой ладонью мою руку, не обращая внимания на то, как под кожей пульсирует печать, будто отзываясь на его прикосновение.

Я чуть придвинулась, прижалась плечом к его плечу, и на миг стало легче.

Мы стояли так, глядя в черноту Западных Скал, за которыми ждали Норгкур, Веларис, Эбби и всё то, что мне предстояло сделать. Но прямо сейчас, в эту минуту, у меня было это: тишина, Раум и уверенность, что, пока он рядом, я сделаю всё, что должна.

Мы прибыли в Норгкур.

Я вдохнула аромат смолы и мокрой хвои полной грудью, и на одно мгновение мне кажется, что я вернулась в детство. Я хоть и смутно помнила его, но какое-то нелепое дежавю сковывало сердце.