Книга Проклятие ледяного принца, страница 63 – Данна Леднива

— Ложь, — сказал он.

— Нет. — Епископ улыбнулся. — Правда. Заверенная. Подписанная. Твой отец был трусом. Он знал. Он мог спасти их. Но не стал. Ради мира. Ради сделки. Ради собственной шкуры.

— Замолчи, — прошипел Кассиан.

— А что, если я не замолчу? — Епископ шагнул вперёд. — Что, если я расскажу всем? Что, если народ узнает, что их король — сын предателя? Что его отец позволил убить тысячи людей? Что он знал и молчал?

— Ты не расскажешь, — сказала Элария.

— Почему? — Он улыбнулся шире. — Потому что ты меня убьёшь? Ты не убийца, Элария. Ты — целительница. Ты спасаешь. Не убиваешь.

— Ты ошибаешься. — Элария шагнула к нему. — Я убила герцога. Я убила мачеху. Я убью тебя.

— Не посмеешь.

— Посмею. — Она посмотрела на него. В её глазах не было страха. Только сталь. — Но не сейчас. Сначала ты расскажешь мне всё. Всё, что знаешь. О герцоге. О церкви. О том, что вы делали двадцать лет.

— А если я откажусь?

— Тогда ты умрёшь медленно. — Элария улыбнулась. — Я — целительница. Я знаю, как причинять боль. И как её останавливать. Я могу держать тебя на грани. Годами. Ты будешь мечтать о смерти. Но не получишь её.

Епископ побледнел. Впервые. Он посмотрел на Кассиана. На его меч. На его глаза. На короля, который стоял и молчал.

— Ты не позволишь ей, — сказал он. — Ты — честный. Благородный. Ты не позволишь.

Кассиан шагнул вперёд. Медленно. Взял письмо из рук епископа. Развернул. Прочитал. Долго. Молча.

Потом посмотрел на епископа.

— Ты прав, — сказал он. — Я не позволю ей.

Он выхватил меч. Одно движение. Быстрое. Точное.

Голова епископа упала на пол. Тело рухнуло. Кровь залила алтарь.

Элария замерла. Посмотрела на Кассиана. На его лицо. На его меч. На кровь.

— Ты убил его.

— Да. — Он вытер меч. — Я не позволил тебе. Но я не позволил и ему.

Он бросил письмо в огонь. Свеча опрокинулась. Бумага вспыхнула. Пепел взлетел в воздух.

— Никто не узнает, — сказал он. — Никогда.

Элария смотрела на него. На человека, который убил ради неё. Ради правды. Ради мира.

— Спасибо, — сказала она.

— Не благодари. — Он подошёл. Обнял. — Мы — одно. Всегда.

Они вышли из монастыря. В ночь. В тишину. В новый мир.

Епископ был мёртв. Церковь — обезглавлена. Правда — сожжена. Будущее — свободно.

Утром они вернулись во дворец.

Никто не спросил, где они были. Никто не спросил, что случилось. Слуги молчали. Стража молчала. Лорды молчали. Они знали. Все знали. Но никто не говорил.

Элария вошла в свои покои. Села на кровать. Посмотрела на свои руки. Кровь. Чужая. Но она чувствовала её своей.

Кассиан вошёл следом. Сел рядом. Молча.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Нет. — Она посмотрела на него. — Но я буду.

— Знаю. — Он взял её руку. — Я тоже.

Они сидели. Молча. Смотрели на солнце. На город. На жизнь.

— Церковь без епископа — ничто, — сказала Элария. — Мы назначим нового. Молодого. Честного. Того, кто будет служить народу. А не себе.

— Хорошо.

— И ещё. — Она повернулась. — Мы объединим королевства. Официально. Через месяц. На полнолуние. Я хочу, чтобы это было при луне.

— Будет.

— И свадьба. Наша. Настоящая. Не политическая. Не по расчёту. По любви.

— Будет. — Он улыбнулся. — Всё будет.

Он поцеловал её. Долго. Под солнцем. В тишине. В мире, который они построили.

— Я люблю тебя, — сказал он.