Книга Царь Скорбь, страница 33 – Джо Хилл

Если только он не навлечет на себя немилость Джейн Найсуондер и кто-нибудь в «Блэк Крикет» не воткнет Эрин в горло заточку из черенка от ложки. В таком случае мать покинет тюрьму гораздо, гораздо раньше.

На носилках. Или вовсе в мешке.

Утром Хэллоуина, кануна Дня Всех Святых, Артур почти четыре часа украшал библиотеку Брукса к вечеринке «Духи Шекспира», традиционному ежегодному празднеству, устраивавшемуся в Рэкхеме с пятидесятых годов. К тому времени, как он и прочие студенты-библиотекари завершили работу, коридоры и залы озарило таинственное мерцание электрических свечей, на книжных стеллажах повисла искусственная паутина. С заходом солнца на балконах и в укромных сумрачных уголках появятся ребята из драмкружка, под нервное хихиканье публики, толпящейся в полутьме, представляющие зловещие сцены из «Гамлета» и «Макбета». Узнавший, что Артур на праздник не собирается, Ван просто-таки остолбенел – наверное, в такой ужас его не привела бы даже новость о смерти Джонни Кэша^[37]. «Духи Шекспира» считались одним из популярнейших праздников Рэкхема, и библиотека без Артура вечером накануне Дня Всех Святых показалась ему чем-то наподобие Ватикана без папы в Пасхальное воскресенье.

— Мы же все идем! – воскликнул Ван. – Элли с Донной собираются тайком провести туда Гвен, одетую распутной ведьмой или еще кем-то вроде… и ты мне втолковываешь, будто сможешь такое пропустить? И ради чего? Чтобы весь вечер просидеть дома, заучивая «Словарь скребла»?

Конечно, Артуру совсем не хотелось, чтоб Гвен веселилась вместе со всеми без него. Однако, украв из библиотеки книг на две тысячи долларов, он не мог оставаться в ее стенах ни минуты сверх необходимого. Теперь у него аж зубы ныли, стоило только войти в холл. Казалось, библиотека сделалась для него вредоносной… хотя нет, нет, наоборот. Не библиотека Артура – сам Артур отравлял библиотеку своим присутствием, загрязнял чуть сильней всякий раз, пряча в рюкзак очередную книгу для Джейн.

По пути домой он завернул в «7–11»^[38]. Разумеется, к вечеру полки с конфетами вымели подчистую. Прошерстив остатки, Артур наскреб большой пакет «Сахарных орешков». Дома он наполнил конфетами глубокую миску, миску выставил на крыльцо в надежде, что ребятишки, угостившись самостоятельно, не станут его тревожить, а сам, как обычно, устроился в кухне и принялся отшлифовывать очередной перевод.

Вскоре после того, как за окном стемнело, в дверь постучались – настойчиво, резко, и Артур отодвинул в сторонку экземпляр «Эксетерского кодекса»^[39]. «Сахарных орешков» осталось еще с полпакета, и Артур прихватил конфеты с собой, рассудив, что миска, по-видимому, опустела, а современные ребятишки на глазах превращаются в поросят.

Вот только за порогом обнаружилась вовсе не ватага детишек. На крыльце Артура ждала вся корпорация «Тайна» в полном составе: Фред, Дафна, Шэгги, Скуб и, конечно же, Вельма. Роль Вельмы Динкли (пушистый морковно-рыжий свитер, плиссированная юбка до середины бедер, оранжевые чулки по колено) играла Гвен. Глаза ее лучились весельем сквозь линзы очков – точно таких же массивных, в угловатой черной оправе, как у мультяшной Вельмы.

— Ух ты, – заговорила она, – а мы-то ищем того, кто подсказку даст! Мамочки, неужто мы не по адресу?