Книга Старик, страница 48 – Алекс Лоренц

— Ну что? – спросил я, впуская их в квартиру.

— Никого. Только бомж пьяный на трубах.

— Мне кажется, это ваши ученики проказничают, – предположил другой блюститель порядка, расшнуровывая ботинки. – Я когда выпускался из школы, сдавали мы ЕГЭ…

«Надо же, – подумал я, – как летит время. Только недавно, кажется, этот ЕГЭ ввели, а люди, которые сдавали его первыми, уже получили дипломы и устроились работать».

— … сдавали мы ЕГЭ по математике. А математичка была наша классуха. Выдра редкостная. Мы ей в четыре утра в день экзамена позвонили на домашний. Говорим, типа: «Спишь, тварь? А мы к экзамену готовимся!»

Они расхохотались.

— Давайте оформляться.

— Проходите в кухню, – пригласил я.

Когда я пришел завтракать, Маргарита Семеновна, не вставая из-за стола, сказала:

— С Днем учителя, дорогой, – и протянула мне пакет с подарком.

Упаковка аппетитно захрустела в моих пальцах.

«The Return of Sherlock Holmes». By A. Conan Doyle.

Впервые с бессонной ночи мое осунувшееся лицо просияло улыбкой.

— Что скажешь? – спросила Маргарита, тоже улыбаясь.

Я наклонился и поцеловал ее в морщинистую щеку.

— Ты посмотри, какой год-то.

Книга явно была старая, но в очень хорошем состоянии.

— Тысяча девятьсот пятый?! – воскликнул я.

Она кивнула, довольная собой.

— Первое издание!

— Пришлось поискать, конечно.

— Где же ты ее откопала?

— Твоя благоверная ведь тоже немножко научилась пользоваться интернетом, – похвалилась она. – Сейчас любой антиквариат можно найти задешево – главное не лениться.

Я много раз перечитал все произведения о Холмсе и на русском, и на английском, но отдельного «Возвращения…» на языке оригинала у меня в коллекции не было. Самое первое издание! Приятно время от времени бережно взять такую книгу с полки, подержать в руках, погладить добротный переплет, полистать страницы. Это успокаивает. Дурные мысли как-то сами собой затихают.

Рита всегда знала, как сделать мне хороший подарок.

Я унес книгу в кабинет и водрузил на почетное место в шкафу рядом с другими томиками оригинального Конан Дойля. Теперь там было все – «Приключения…», «Записки…», «Возвращение…», «Его прощальный поклон», «Архив…», «Собака Баскервилей», «Знак четырех», «Долина ужаса». В это благородное собрание затесался еще и «Затерянный мир», который я когда-то тоже очень любил. Со временем он стал казаться мне глуповатым.

Как только сели завтракать, Маргарита сразу завела разговор о ночном происшествии.

— Ты дал милиционерам домашний номер или только мобильный?

— Оба, – ответил я.

— Обещали сегодня позвонить…

— Не позвонят. И никого не найдут.

Она тяжело вздохнула.

— Помнишь, – сказал я, – как Степаныча из первого подъезда обчистили? Причем средь бела дня. Назвались соцработниками. А он, старый дурак, и открыл.

— Помню-помню. Привязали деда к стулу шнуром от лампы да все мало-мальски ценное повынесли. Никто их не видел, а потом не нашли.

— Вот именно. Будет кто звонить в дверь днем, пока меня нет – даже не подходи.

После завтрака я позвонил Михайлову. Ждал десять-двенадцать гудков. Собирался было уже отключиться.

— Да!

В этом коротком слове я и узнавал, и не узнавал его голос. Такой грубой интонации от Виктора – воспитанного мальчика – я никак не ожидал.

Я замялся.

— Алло!

— Витя, здравствуй. Это Анатолий Васильевич.