Книга Полное собрание рассказов, страница 77 – Майкл Коннелли

— Тебе следовало позвонить в отдел профилирования. Ты бы получил от них полный пакет услуг.

— Да, примерно через шесть месяцев. Сколько еще девушек может пропасть к тому времени? Слушай, Рейчел, я знаю, что это больше не твоя работа, но ты хороша в ней и быстра. Вот почему я позвал тебя. Есть ли во всем этом что-нибудь, что может мне помочь? Твой обеденный перерыв закончился.

Она взглянула на часы, чтобы проверить время, и взяла в руки одну из фотографий. На ней был изображен Деннингер на своей лодке, держащий обеими руками рыбу. На заднем плане было неспокойное море, а вдалеке возвышался хребет острова. Вероятно, Каталина.

— Когда я работала в Профилировании, значительное число хищников, с которыми мы сталкивались, имели такие хобби, как охота или рыбалка. Этот процент был выше, чем в общем по популяции. Мы не могли выразить это количественно, но это было так. Это связано с характером — выслеживание и приманка. И, конечно, с убийством. Я заметила, что рыбаки совершали преступления, которые требовали больше размышлений, были более изощренными. Охотники совершали преступления, связанные с преследованием и неорганизованным похищением. Рыбаки были умнее, были более организованными.

— Отлично, так что ты хочешь сказать, что этот парень слишком умен для нас?

— Нет, я просто говорю, что Деннингер — умен. Он подготовился к тому времени, когда он станет объектом внимания правоохранительных органов. Он был готов.

— Достаточно умен, чтобы не оставить никаких улик, сбросить тела или утопить их, чтобы мы никогда их не нашли.

— Посмотри на все эти фотографии рыбы, которую он поймал.

Она передвинула фотографии на столе, повернув их так, чтобы они были обращены к Босху.

— Да, мы получили их от него. Он повесил их на доску объявлений у себя на кухне. Гордился ими. Он сказал, что мы можем их забрать.

— Правда?

— Он сказал, что у него еще много.

— Он их трогает.

— Кого?

— На каждой фотографии он держит рыбу или, по крайней мере, каким-то образом прикасается к ней.

Босх наклонился вперед над столом. Она была права. Он не замечал этого — и не был уверен, что это значит.

— Хорошо, — сказал он.

— Трофеи. Ему нравятся трофеи. Ему нравится трогать свои трофеи. Быть рядом.

— На это мы и надеялись, что он что-то оставил от девушек, и мы, таким образом, установим связь. Водительские права, прядь волос… что угодно. Но, как я уже говорил, у нас ничего нет. Его дом чист. Его пикап чист. Его лодка чиста. В гараже, где он работает, чисто. Он — мистер Чистота.

— Иногда трофей — это не прядь волос. Это настоящая вещь.

— Ты говоришь, что он хранил тела? Невозможно. Мы бы нашли их. Мы потратили на это дело шестьсот часов. Никаких тел. Он выбросил их в Тихий океан, и мы никогда их больше не найдем.

Уоллинг кивнул, похоже, соглашаясь.

— Я работала не над одним делом, где тела были похоронены, а убийца возвращался, чтобы навестить их. У меня было еще одно дело, где тела находили и хоронили их семьи. Каждый вечер недели убийца отправлялся на другое кладбище, чтобы навестить своих жертв. Там мы его и поймали. Это сильное влечение — быть рядом со своими завоеваниями, своими "трофеями". Может быть, то же самое с водой. Может быть, он привязал их грузом, и они находятся именно там, куда он их сбросил. Он посещает их на воде.