Онлайн книга «Полное собрание рассказов»
|
Но задолго до конца полуострова МакДилл-авеню проходила через небольшой арт-квартал с несколькими галереями и магазинами рам. По пути Босх позвонил по номеру, который Жасмин дала ему для детектива Стоуна из полиции Тампы. — Кражи, Стоун. Чем могу помочь? — Детектив, меня зовут Гарри Босх. Я получил ваш номер от Жасмин Кориан. Я её друг… — Простите, кто дал вам этот номер? — Жасмин Кориан. — А она кто?.. — Художница, у которой украли картину из гостиной. Я думал, это ваше… — Да, да, извините — у нас тут много дел. Я знаю, кто такая Жасмин Кориан. Чем могу помочь, мистер Буш? — Босх. Как я сказал, я ее друг, отставной полицейский из ДПЛА[52], и она попросила меня приехать и взглянуть на дело с кражей. После долгой паузы Стоун ответил: — ДПЛА — о чем мы говорим? Департамент полиции Лейк-Алис[53]? — Нет, Лос-Анджелес. — Серьезно. Полиция Лос-Анджелеса. Я польщен. Босх ясно слышал сарказм. — Как давно вы в отставке? — Несколько лет. — И чем вы занимались в ДПЛА? — Работал по убийствам около тридцати лет. — Отлично, но это не убийство. — Я знаю, детектив. Я знаком с мисс Кориан лет двадцать пять. Она попросила меня приехать и взглянуть на это дело. — Взглянуть — что это значит? — Это значит, я собираюсь разобраться с кражей ее картины. Я подумал, вам стоит знать, и хотел спросить, не хотите ли встретиться, чтобы обсудить расследование. — Зачем мне это? — Слушайте, я знаю, как это бывает. Жертвы преступлений идут к частным детективам и все такое. Вы не хотите головной боли, и я обещаю, что ею не буду. Если не хотите со мной говорить, это нормально. Но я здесь и работаю. И если найду что-то, чего у вас нет или вы не знаете, вы будете первым, кому я позвоню. — Мистер Буш, вы уже головная боль. Это дело полиции, оно расследуется. Я уважаю то, что вы были детективом — по крайней мере, вы так говорите, — но держитесь подальше, иначе у вас будут проблемы. Босх помолчал, обдумывая ответ. — Что это значит? Вы мне угрожаете? — Нет, я говорю, что если вы вмешаетесь в полицейское расследование, будут последствия. А теперь я занят. У меня куча дел, и мне пора. Стоун отключился. Босх подержал телефон у уха несколько секунд, прежде чем бросить его в подстаканник на центральной консоли. Через несколько минут он припарковался перед галереей под названием «Джаз», как Жасмин подписывала свои работы. Галерея только открывалась. Когда он подошел к стеклянной двери, на другой стороне появилась женщина и отперла ее. Она посмотрела на него через стекло, будто узнала. Затем открыла дверь. — Это вы, — сказала она. — Простите? — Вы. Тот, кто на картине. Я вас узнала. Жасмин говорила, что вы реальный, но никогда о вас не рассказывала. — Можно войти? — Конечно. Она отступила, и он вошел. Галерея была небольшой, квадратной, с перегородкой посередине. Это позволяло разместить восемь картин на четырех стенах. В глубине был стол перед дверью, ведущей, как предположил Босх, в склад и зону упаковки. Выставленные картины казались частью связанной серии портретов женщины. Босху понадобилось мгновение, чтобы понять, что это автопортреты. Каждый был уникален по позе и цвету — от черного, серого до красного, — но на всех картинах безошибочно были глаза Жасмин. — Вы Моника Тейт? — спросил он. |