Книга Петля Сергея Нестерова, страница 305 – Руслан Григорьев

— Уволиться не хотите?

— Как это? – Он сначала даже смысл вопроса не понял.

— Я вас запомнила, когда вы в прошлый раз у меня были, еще удивилась, как вас до сих пор не комиссовали: пояснично-крестцовый посттравматический хронический остеохондроз, гипертоническая болезнь второй степени, энцефаломиелит. С таким набором можно инвалидность оформить…

— Ни за что! – испуганно перебил доктора Сергей.

— Тогда у вас есть все основания к увольнению по состоянию здоровья. Пять процентов к пенсии, пусть небольшие, но все-таки деньги. Сейчас время такое – каждая копейка на счету.

Нестеров был в замешательстве.

— Знаете, я как-то не думал об этом. Но на инвалидность точно не пойду – стыдно. Вы сами посмотрите: какой из меня инвалид? На мне еще пахать и пахать…

Светлана Алексеевна, которой было уже за шестьдесят, только грустно улыбнулась.

— Смотрите, Сергей Владимирович. Дело ваше. Надумаете, приходите.

Болеть, вообще, плохо, а для гипертонии, которая вылезала у Нестерова всегда на нервной почве, требовался покой. Только где ж его взять? Страна бурлит, демократов день ото дня все больше и больше. Газеты, радио, телевидение – все только говорят и показывают о победе демократии, клеймят ГКЧП и его участников. В КГБ свои новости: создана комиссия по расследованию роли и участия должностных лиц органов госбезопасности в событиях девятнадцатого – двадцать первого августа тысяча девятьсот девяносто первого года, на допросы людей потянули; больше десяти или пятнадцати генералов отстранили от занимаемых должностей и подразделения остались без руководства. Кадрам дано указание по пересмотру штатного расписания и подготовке предложений по сокращению личного состава; прошел слух о предстоящей в ближайшее время ликвидации Комитета в прежнем его виде и создании какой-то службы безопасности с неясными функциями и полномочиями. Но сильнее всего ударило, когда новый Председатель, в знак доброй воли, передал американцам план-схему расположения прослушивающих устройств в строящемся здании посольства США. Сволочь проклятая! Да что он, вообще, понимает в вопросах государственной безопасности? Нестеров сразу вспомнил умницу «Кулибина». Сколько таких, как он, ночей не спали, трудились над этим грандиозным проектом? Ну и как тут, скажите, можно выздороветь?

В середине третьей недели позвонил Юра Перхушков, хотя обещал проявиться гораздо раньше.

— Сергей, привет! Звонил на работу, сказали, что ты дома. Ты не уволился случайно?

— Случайно нет. Я – на больничном.

— Сереж, помощь твоя нужна. Срочно. Можешь к нам домой приехать? – Голос у Перхушкова выдавал его крайнюю взволнованность.

— Конечно, могу. – «Сто сорок на девяносто не причина, чтобы отказать другу в помощи», – подумал Сергей. – Что случилось, можешь сказать?

— Приходи, сам все увидишь. У тебя пистолет с собой?

— Даже так! Нет, конечно, на работе.

— Все равно приходи, ты нам очень нужен.

До Патриарших прудов, где в одном из переулков жили Перхушковы, Нестеров добрался быстро. У дома стояли «Скорая» и пожарная машины, на входе в подъезд – милиционер.

— Вы к кому, гражданин?

— К Перхушковым. – Нестеров махнул удостоверением.

— Первый этаж налево, квартира номер…

— Знаю! – Перебил его Сергей, отстраняя рукой.

Входная дверь обгорела изнутри, под ногами хлюпала вода, резкий, вонючий запах сгоревшей электропроводки и пластмассы, в коридорах полумрак, света нет, какие-то неясные фигуры бродят. Нестеров заглянул в ближайшую комнату – на полу без движения лежало чье-то тело, накрытое с головой ковром. Из глубины квартиры возник Юра Перхушков, перепачканный золой и сажей.