Онлайн книга «Петля Сергея Нестерова»
|
Слезы текли не переставая. Сергей не чувствовал себя пьяным, ему казалось, что водка не берет, хотя уже пустая бутылка валялась на траве. Через некоторое время, поддавшись на уговоры жены, во втором часу ночи он пошел спать. Рано, чуть солнце встало, они отправились за клюквой на дальние болота. Голова гудела, как чугунный котел, во рту отвращение, но поход за ягодой был лучшим вариантом из всего, что следовало придумать в это утро. В поселок вернулись к обеду. У калитки ждал Толька с исцарапанным лицом и тремя бутылками пива – мириться пришел. В упадническом для Нестерова настроении протянулись выходные. А потом наступил понедельник – во всех отношениях тяжелый день для многих обитателей большого дома на площади без памятника. Нестеров пришел на работу с жуткой головной болью. Полчаса ушло на бесцельное перекладывание материалов в сейфе, потом его вызвал Моренов. — Здорово, Сергей Владимирович! Ну-ка, дай посмотрю на тебя. Чего смурной такой? Перепил, что ли? Или третья бутылка несвежая попалась? — Тебе бы все шуточки шутить, Андреич. Голова дико болит. Таблетки не помогают… — Вали в поликлинику, здесь сейчас особо делать нечего. Но прежде чем уйдешь, скажи: дело «Саблина» схарчил? — Как договаривались, все по листочку. Здесь-то что происходит? — Еще в пятницу на Коллегии принято решение о департизации, бывший партком ведет подготовительную работу. Завтра, может, и сегодня карточки партучета раздадут на руки. Назначили Председателя КГБ, он в восемьдесят восьмом в кресло министра внутренних дел сел. Знаешь, чем прославился сей бывший первый секретарь обкома КПСС? – Моренов со значением прищурил один глаз. – Чуть ли ни на следующий день после назначения затребовал все дела на наиболее ценных источников, включая агентов внутрикамерных разработок, офицеров-подкрышников, сидевших на зонах по многу лет как преступный элемент, и девяносто процентов ликвидировал под корень. Без пенсии, без компенсации – под корень, как класс! И остались наши коллеги глухими и слепыми, а оргпреступность разлилась «окияном» немереным. Вот я и думаю, что у нас он тоже с этого начнет. Только хрен ему на рыжую морду! Мы с тобой по «Саблину» решили, и другие тоже не дураки. Дадим мелочевку всякую, пусть разбирается. – На этом мажорная часть речи Владимира Андреевича закончилась. – Говорят, со дня на день комиссию специальную создадут по расследованию действий руководителей всех рангов в период ГКЧП. А где руководители, там и исполнители, сам понимаешь. Так что мы с тобой из одного расследования по делу «Капкан» плавно перетекаем в дело ГКЧП. Вот, такие, брат, пироги! А посему, пока суд да дело, иди-ка ты, дорогой мой, в поликлинику, возьми бюллетень и поболей немного, недельки так две, а лучше три. Добро? — А ты как же? — Как всегда! Согласно должности и званию. Иди, Серега! За меня не беспокойся, не съедят собаки. Во мне девяносто четыре килограмма живого веса, включая кости – подавятся! Народу в поликлинике было прилично. Нестеров занял очередь к терапевту, Светлане Алексеевне. Он у нее диспансеризацию проходил и заметил, как она с интересом листала его карту, но лишних вопросов задавать не стала, спросила про самочувствие и все. На приеме выяснилось, что источник его головной боли – высокое давление. Светлана Алексеевна выписала лекарства, дала рекомендации и под конец спросила: |