Книга Петля Сергея Нестерова, страница 284 – Руслан Григорьев

— А что ж нам делать, ручки сложить, что ли? – спрашивает Степан Васильевич. – Они вон уже независимость свою провозгласили.

— Давай, подумаем, – говорю.

Взял карту, смотрю, а у них телевизионная вышка, ретранслирующая сигнал, за городом стоит, километров двенадцать будет.

— Надо вышку взять, – говорю. – Рубильник выключить и не будет никакого телевидения, а они пусть охраняют свой телецентр, как хотят.

И тут еще подкрепление прибыло. Своим ходом по шоссе пришел полк воздушно-десантной дивизии из Пескова. Три машины они потеряли на скользкой дороге, в кюветы завалились. Но тем не менее на своей броне пришли. Улетевшие машины потом вытащили, и они тоже подошли. Местные наших десантников нормально встретили, продукты несли, бойцов кормили.

Командовал подразделением полковник Стрельцов Серега. Хороший такой, боевой офицер, афганец. Мы с ним сразу подружились, общий язык нашли. С их прибытием у нас уже ударная сила была, и мы могли штурмовать чего угодно и кого угодно. По этому поводу Степан Васильевич сразу крылья распушил.

Решили отправить на вышку взвод десантников, три машины. Это – немного, десантников двадцать. Я послал с ними опера своего, Сашку Сосновского, который бывал в таких ситуациях и знал, что к чему прикладывать.

Через 30 минут, как уехали, докладывают: рубильники отключили.

Спрашиваю: «Как прошло?»

«Нормально, – говорят. – Пришли, тут охрана. Правда, из оружия всего один пистолет на двенадцать человек. Они, конечно, все сразу сдались, пистолет отдали. Поднялись мы на лифте. На каком-то там тридцатом этаже вышли, смотрим, валютный бар и четыре проститутки. Мы их вниз, а бармена заставили, как вы приказали, все закрыть, своей печатью опечатать кассу, бар, чтобы к нам претензий потом не было. Он даже поблагодарил нас: «Спасибо, – говорит, – что не ограбили». Каждому десантнику по пачке американских сигарет «Мооре» дал, черные такие.

Вывели мы всех субчиков за территорию, построили в колонну по двое: идите, куда хотите, маршируйте хоть в столицу. Очень они обиделись на нас, эти охранники с проститутками, и говорят: «Может, вы нас хоть подвезете на вашем бронетранспортере?» Ну, мы им, конечно, хрен с редькой показали – пешочком идите, не спеша, и песни пойте. На том и расстались.

Охранение выставили, Владимир Андреевич».

Я их похвалил за грамотные действия и приказал: закрыть все так, чтобы никто на вышку не смог пройти, особенно туда, где пульт управления.

Потом мы со Степаном Васильевичем смотрим: чего бы еще такого сделать? Увидели, что вдоль моря два каких-то ретранслятора идут. Я говорю: «Степан Васильевич, давай и их отключим. Это же связь? Связь. Нам эта связь нужна? Не нужна. Отключаем!»

Послали еще два БТРа: один – на первый ретранслятор, другой – на второй. Ну, где-то, через час–полтора докладывают: отключили и первый, и второй.

В это время раздается звонок в дивизию из правительства: «Ой, ой, ой! У нас телевизоры не работают, это ваши ребята отключили?». Они-то сначала, когда телевидение перестало работать, не поняли, в чем дело. До той поры, пока сводный отряд охранников и проституток «не допилил» до города, а шли они где-то часа два или три, вот только тогда им стало понятно, как их телевидение перестало функционировать. И они, дорогие, звонят комдиву: мол, так и так, хотим сесть за стол переговоров. Ну, что же, думаем: «Переговоры – дело хорошее».