Книга Вы заказывали убийство…, страница 214 – Станислав Гурин

— Интересно… – Емеля поставил на столик рюмку.

— Следовало немедленно с ним расстаться, но врачей катастрофически не хватало. Ограничились выговором… Вскоре после этого разговора поступили два раненых солдата со сложными ранениями и большой потерей крови. Положение усугублялось тем, что у обоих была одна и та же группа крови, которой у нас в данный момент не оказалось. Словом, оба были обречены… Я обо всем узнал позже. Первый осмотр делал Одиноков. Решение принял немедленно. Кровь солдата Егорова перелил солдату Маньковскому. Из вены в вену… До последней капли… Один тут же скончался, другой, выдержав операцию, остался жить… – Полковник подошел к балконной двери и отодвинул занавеску, горящий лучик упал на лицо Емели, и он сощурился. – А кстати… – полковник снова сел в кресло, – у меня в рапорте была одна строчка, которой в вашей копии нет: «…Нуждается в психиатрическом обследовании».

— Вот как?

— У Одинокова в глазах одержимость граничила с безумием… Я не сразу заметил это… И не сразу понял.

Агентство «Аэрофлота». Экран кассового монитора: Одиноков Вадим Вадимович, рейс 3231–3232 Москва – Мюнхен – Москва, вылет 4 августа в 8 часов 20 минут. Кассир ловко работала на клавиатуре компьютера.

Из щели выполз авиабилет.

— По прибытии в Мюнхен сразу зарегистрируйтесь на обратный рейс! – Она вручила Одинокову билет, загранпаспорт, кредитную карточку «Виза» и пару рекламных буклетов.

— О да, конечно! – Одиноков все нужное спрятал в карман, а рекламную макулатуру бросил в урну.

На неподвижном лице угадывалась улыбка, а в глазах промелькнул желтый огонек. Он сделал все, чтобы отъезд его в Мюнхен выглядел внешне совершенно прозрачным: и устная договоренность с заместителем из института, и «Аэрофлот», и кредитная карточка «Виза»… Корабль быстро тонул, капитан хотел жить. Только безошибочные действия могли спасти жизнь капитана. Но нужно было не только отдалиться подальше от идущего ко дну чудовища, но и отсечь все хвосты. Но невидимые нити все сильнее притягивали его к тонущему кораблю…

Быстро темнело. Нескончаемые потоки машин растекались по проспектам и улицам.

Вспыхнул красный свет, и Емеля остановился на перекрестке. Воспользовавшись паузой, взял радиотелефон. Давно уже должен был связаться с коллегой из МВД, но в сумасшедшей круговерти не мог выкроить даже минуты.

— Анатолий Федорович, хорошо, что застал вас! Беспокою вот по какому поводу… – слева, справа, сзади его «Жигули» теснили десятки машин. – Помните, вы показывали мне титановый контейнер… Да-да, тогда на дороге!.. Нашли хозяина?.. Погиб?.. А кому машина принадлежала?.. Ничего от нее не осталось?! Жаль… Просто любопытно! Ведь не в музей же это везли! В больницу! Наверняка для трансплантации… Анатолий Федорович, если я к вам сейчас подъеду, не возражаете?

Как часто мы попадаем в идиотскую ситуацию и даже не подозреваем об этом! Рядом с Емелиными «Жигулями» стояла перед светофором «Волга», за рулем которой с прижатым к уху радиотелефоном сидел усталый майор МВД. Он не видел Емели, Емеля не видел его.

— Ваш звонок застал меня в дороге, и я вряд ли вернусь сегодня на службу… Не успеваешь в одном разобраться, появляется другое, третье… Вот и мотаюсь по городу…

— Понятно… – сочувственно произнес Емеля, включая первую скорость и не отрывая взгляда от светофора.