Онлайн книга «Вы заказывали убийство…»
|
Откуда-то появился милиционер. Емеля выскочил под дождь, обежал вокруг корпуса, но все двери были закрыты, и тут взгляд его остановился на кране «бронте». Посмотрел наверх, на окна реанимации, на кран… и решился! Схватил с земли кирпич и разбил им стекло кабины, залез внутрь и стал возиться в приборной доске, наконец сел нормально в кресло и включил зажигание. Мощный дизель вспорол тишину ночи, набрал обороты и заработал уверенно и ровно. Емеля прихватил в кабине ломик и перебрался в люльку, содрал с пульта кожух и включил его. Заработала система управления стрелой. Пока Тыква преодолевал последние марши служебной лестницы, стрела крана медленно поднималась вдоль стены хирургического корпуса. Один этаж, другой, третий… В каких-то палатах горел свет, люди в белых халатах помогали больным. А в этом окне видно, как перегружали с кровати на каталку тело покойника. Емеля сцепил зубы… Как заправский крановщик, он сноровисто переключал рычаги, поднимаясь выше и выше. Притомившийся милиционер в коридоре реанимационного отделения задремал. Где-то в центре коридора из-за ниши выглядывал стол дежурной сестры. Тихо и незаметно отворилась дверь служебной лестницы. Милиционер среагировал на шум и не выразил беспокойства, сквозь приоткрытые глаза он увидел врача в стерилизованном хирургическом костюме, в бахилах, с фонендоскопом на шее и историями болезней под мышкой. Врач уверенно прошел в охраняемую палату. Мент закрыл глаза. Люлька с Емелей ползла вдоль окон последнего этажа. Он дернул рычаг и остановился перед очередным окном. Протер глаза. Сквозь дождевую пелену и стекло увидел склонившегося над кроватью человека и ни на секунду не усомнился, что это ОН! Люба, окутанная проводами, трубками и приборами жизнеобеспечения, неподвижно лежала на высокой кровати. ОН приподнял простыню и вонзил в ногу иглу шприца. Оставалось сделать последнее движение – нажать большим пальцем на поршень, чтобы два кубика смертоносного яда вошли в мышцу, но именно этого Тыква и не успел совершить. Емеля дернул рычаг на себя, и люлька, ломая стекло и раму, с грохотом въехала в палату. Ошеломленный Тыква бросился к двери, но поскользнулся, а Емеля тем временем выскочил из люльки и набросился на него. Завязалась борьба. Ничего не понимающий милиционер с очумевшим лицом появился в дверях и пальнул в потолок. В коридоре завыла сирена, включилась световая сигнализация, со всех сторон бежали врачи и сестры. Емеля выбил из рук Тыквы нож, но тот нанес ему сильный удар ногой, и Емеля, перелетев палату, стукнулся об стену. Милиционер все еще не понял, кого надо хватать, в кого стрелять. — Руки вверх! – закричал он. Тыква выстрелил в него. Емеля бросил в Тыкву коробку с инструментами и выиграл секунду. И снова завязалась ближняя схватка. Тыкве мешали двигаться халат и бахилы, он несколько раз выстрелил в Емелю, но не попал. Емеля нанес ему сильнейший удар, и тот, разбив стекло, вылетел наружу… Реанимационная палата наполнилась белыми и зелеными халатами. Патрульные машины с тревожными сигналами въезжали во двор клиники Склифосовского… Дальнейшие события развивались по обычной схеме, и вряд ли стоит на них задерживать внимание. Газетная шумиха быстро спала, главных преступников, естественно, не нашли, а Любу и Емелю после многочисленных допросов, проверок и очных ставок (неизвестно, с кем и зачем?!) оставили в покое. |