Книга Шпионская леска, страница 148 – Лен Дейтон

Я промолчал.

— Я еще вернусь, Берни. — Приттимен говорил со мной так, как примерный сын разговаривает с выжившим из ума престарелым отцом. — А сейчас мне нужно успеть в аэропорт в Камарильо к двум часам. Может, в следующем месяце… Рад был увидеть тебя, Берни. В самом деле! Это действительно так.

— Иди к черту! — ответил я.

Приттимен взглянул на Брета, тот слегка пожал плечами, выходя следом за ним из кабинета. Я остался на месте, но слышал короткий разговор. Приттимен говорил:

— Какая трагедия. Для них обоих.

Брет ответил:

— Еще не поздно. Подождем.

Спустя неделю я узнал, что муниципальный аэропорт в Камарильо оснащен для специальных операций ВВС США и взлетно-посадочные полосы находятся в хорошем состоянии. Так что, когда Приттимен ехал туда, он рассчитывал на сверхзвуковой самолет. Наверно, Фиона рассказала Брету нечто такое, о чем немедленно нужно было известить Вашингтон.

Мы провели в этом доме почти месяц, прежде чем Фиона начала раскрываться. Она рассказывала о своем пребывании в Берлине одни лишь мелочи, но это было начало. Теперь каждый вечер мы разговаривали по полчаса и больше. Иногда мы сидели за коктейлем в нашей гостиной, иногда гуляли вдоль ограды. Однажды вечером Фиона чуть не наступила на большую серую гремучую змею, после чего мы ограничили наши прогулки дорожками и террасой. Имение было обширным и располагалось довольно высоко в горах, так что безлунными ночами калифорнийское побережье лежало перед нами как сверкающее ожерелье.

— Что же случилось на самом деле? — спросила она как-то вечером. Мы стояли и смотрели на океан.

— Они вытащили тебя, — ответил я. — Вот что случилось.

— А что там делала Тесса? Вот чего я не могу понять. Что там делала Тесса, Бернард?

— Я говорил тебе, — сказал я. — У нее был роман с Дики. Она, наверное, хотела развлечься.

— Я так любила тебя, когда мы поженились, Бернард. Я любила тебя, потому что ты был единственным из встреченных мной мужчин, кто всегда говорил правду. Ты никогда не лгал мне, Бернард. Я хотела, чтобы мои дети были похожи на тебя.

Я держал ее за руку, смотрел в темноту и пытался различить берег.

Она спросила:

— Ты не будешь действовать против меня, Бернард? Ты не сделаешь этого?

— Что ты имеешь в виду?

— Они даже не сказали Джорджу, что Тесса умерла.

— Почему?

— Бедный Джордж. Он никому не причинил вреда.

— Почему они не сказали ему?

Она повернулась и посмотрела на меня.

— Ему передали «секретную информацию» о том, что Тесса поехала в Берлин с тобой и что вы вместе сбежали… сбежали куда-то, где вас никто не найдет.

— Значит, такова их версия, — заметил я. — Все сделано чисто: комната в отеле была зарегистрирована на мое имя.

— Они хотят, чтобы Москва поверила, что Тесса жива. По их версии, при выезде из Бранденбурга погибла я.

— Сгоревший автомобиль. Все сходится.

— Они поверят этому, Берни?

— Велась торговля героином. Эрих Штиннес мог в этом участвовать?

— Эрих? Нет!

— Очень многие считали, что мог, — настаивал я. — Кроме того, он работал на отдел. Ты понимаешь, как его подставили?

— Нечего тебе беспокоиться об Эрихе.

— Кто говорит, что я о нем беспокоюсь?

— Ты считаешь его своим, ведь он тоже вырос в Берлине, и его отец служил в армии…

Я не стал отрицать: она все поняла. Наверное, я кричал во сне: меня мучили кошмары.