Книга Убийство во французской книжной лавке, страница 23 – Грег Мосс

* * *

Зои ненадолго проснулась среди ночи от царапающего звука и очень слабого позвякивания дверного колокольчика на стальной ленте.

Это терьер пытается забраться внутрь? Или кто-то стучит в дверь?

Вскоре шум прекратился, смертельная усталость взяла свое, и она снова провалилась в сон.

Джек-рассел был умным псом, опытным в общении с людьми. Однако его маленький собачий мозг не был приспособлен для построения логических цепочек и не мог догадаться, что если бы женщина в окне не была уже в пижаме, то спустилась бы вниз и сделала замечание злобному соседу, который швырнул башмак. Так далеко собачья мысль не заходила. Но у него сложилось смутное представление о том, что эта новенькая – человек добрый и что со временем она, возможно, позволит ему спать в тепле ее дома, в относительном комфорте.

После налета ботинка пес предпочел улизнуть, помчавшись мимо церкви и через площадь, где в ресторанах, хотя и закрытых для посетителей, все еще кипела работа. Он пробежался вокруг колодца, обнюхивая водосточные трубы, которые другие собаки пометили своим запахом, и вышел на притихшую автостоянку.

Зная привычки полицейского, Антуана Гренеля, пес полез за кормом под скамейку, обращенную к полю подсолнухов, но не нашел ничего, кроме скудных черствых крошек.

Не теряя надежды – что характерно для его породы, – терьер обыскал весь асфальт, но не нашел ничего съестного. Семья туристов – мужчина, женщина и ребенок – весело спускалась к своему дому на колесах. Собака этого не знала, но они обсуждали сытный ужин по разумной цене, которым только что насладились в «Оберж Сент-Катрин».

— Когда мы вернемся, Тоби, я хочу зайти в ту симпатичную книжную лавку, что на углу площади, – сказала женщина.

— Да, Клэр.

Подошел маленький светловолосый мальчик и протянул руку, чтобы ее обнюхали и лизнули. Джек-рассел подчинился, затем вопросительно поднял морду: «Значит, поесть нечего?»

— Пойдем, Бенджи, – позвала мать.

Маленькая семья забралась в свой фургон и уехала, оставляя пса одного в ночной темноте, свет фар и шум мотора растворились, и вскоре воцарилась мягкая тишина.

Нет, не тишина. Покой, нарушаемый шорохами и звуками ночных существ, исследующих укромные уголки человеческого мира, пользуясь тем, что почти все жители Сент-Катрин уже в постелях.

Пес замер, напрягся, как охотник, почуявший близость добычи. Примерно через минуту крыса, следуя собственному ритуалу, прокралась вдоль края автостоянки по едва заметной тропинке в траве, что при ближайшем рассмотрении можно было принять за «пробежку» на крошечных когтистых лапках, напоминающих человеческие руки.

Быстрый, как молния, джек-рассел бросился на грызуна и крепкими челюстями вцепился в загривок. Встряхнув крысу, пес с едва слышным хрустом переломал ее кости и отшвырнул тушку в сторону поля подсолнухов, явно довольный тем, как быстро расправился с несчастным паразитом. В конце концов, на то он и терьер, даже если у него нет ни дома, ни хозяина, ни хозяйки, ни фермы, ни зернохранилища, ни склада с горохом, чтобы их охранять.

Джек-рассел побежал прочь, вдоль рядов подсолнухов, пока высокие стебли не уступили место древесным лозам, усыпанным гроздьями винограда. Смутная собачья память подсказывала, что виноград съедобен, но только после того, как его безвкусная кожица проколота и из нее выделился сладкий сок.