Книга Седьмой читатель, страница 81 – Лэй Ми

Цзя Ляньбо убила глыба льда. Судя по всему, это был несчастный случай, точно не определишь… Однако почему убийца не спрятал тело и не убрал место преступления, как в прошлые два раза? Он мог засунуть трупы Сун Фэйфэй и Цзя Ляньбо под трибуны стадиона. В этом случае они могли бы оставаться незамеченными недели две.

Привязав девушку к флагштоку, убийца хотел показать, как он жесток и как умен? Каждый художник хочет, чтобы его работа была выставлена на самом видном месте галереи…

Для убийцы смерть Цзя Ляньбо была скорее неожиданностью.

Упавшая сверху глыба льда, мгновенная смерть – разве могло это быть удивительным? Он предпочел, чтобы все увидели Цзя Ляньбо, стоящего на коленях с ледышкой в шее.

Теперь смерть Чэнь Си. Надо же – отрубить голову на глазах у трех с лишним тысяч человек, а потом скрыться… Идеальное убийство на глазах у толпы, никаких следов. А потом он еще и насладился страхом и бегством зрителей, паникой и замешательством полиции…

Дьявольский пир.

В этот вечер спектакль принадлежал только ему. Его пир.

Умный. Осторожный. Сильный. Жестокий. Высокомерный. Любит риск.

А главное, в глубине его сердца затаилась ненависть.

Что это за ненависть, которая подталкивает к убийству?

Что за ненависть, за которую нужно отплатить жизнью?

Что за ненависть может превратить простого изгоя в дьявола?

Что за ненависть может превратить смерть в искусство?

Убийца, мужчина, физически сильный, высокоинтеллектуальный, осторожный, спокойный, жестокий, замкнутый, жаждет внимания…

«И он рядом со мной».

* * *

— Ты хочешь сказать, что убийца – кто-то из этого универа и, скорее всего, из твоих знакомых?

Син Чжисэнь и Фан Му сидели в небольшом ресторанчике рядом с кампусом. Еда перед ними уже давно остыла. Полицейский смотрел на юношу сквозь дым от тлеющей сигареты.

— Да.

— Почему?

— Во-первых, человек, убивший Чжоу Цзюня, должен был быть знаком с его укладом жизни и привычками. В общежитии есть риск столкнуться с кем-то в местах общего пользования. Но у Чжоу Цзюня была привычка ходить в туалет поздно ночью, когда все обитатели общежития уже угомонились. Значит, он должен был хорошо знать Чжоу Цзюня. Во-вторых, Тун Цянь обманом заманили на крышу, откуда затем убийца столкнул ее вниз. Значит, он должен был знать, что в ту ночь Тун Цянь нужно было помочь своему научруку с материалами, и маловероятно, что она поздно вечером пошла бы на крышу с кем-то незнакомым. В-третьих, Чэнь Си убили на сцене так, как было задумано по сюжету. Это значит, что убийца должен был заранее знать о содержании пьесы и, по крайней мере, видеть репетицию. Значит, это кто-то из наших.

Син Чжисэнь молча выдохнул кольцо дыма. Выкладки Фан Му в основном совпали с его умозаключениями. Он смотрел на студентов, которые сновали туда-сюда, входя в ресторанчик и покидая его; некоторые были одеты кричаще, другие совсем просто, но все до единого, по сути, были детьми. Он не мог представить, что кто-то из этих совсем еще юных ребят может быть так жесток и осторожен.

— Почему он так поступает?

Фан Му задумался на мгновение, а потом тихо произнес одно слово:

— Ненависть.

Ненависть? Син Чжисэнь нахмурился. Кого и за что может так ненавидеть простой студент?

— Ненавидят не только за что-то глобальное, типа убийства отца или измены жены. – Фан Му словно прочитал мысли Син Чжисэня. – Ненависть обычно растет тихо и незаметно. Неосторожный взгляд, действие, шутка – все это может посеять семена ненависти. Когда человек чувствует, что его обидели, у него появляется причина. – Он поднял голову. – В тот день в общежитии ваша улыбка вызвала у меня желание придушить вас на месте.