Книга Город прощения, страница 77 – Лэй Ми

Гу Лань, глядя, как он забегает на кухню, слегка нахмурила брови. Фан Му усмехнулся:

— Подраться в этом возрасте – дело обычное, не стоит слишком волноваться.

Едва он произнес это, как вдруг вспомнил о жестокой манере боя, которую практиковал Го Янь, и тоже посмотрел в сторону кухни.

— Однако этот парень и правда будто изучал боевые искусства – неужели в средней школе на физкультуре такое преподают?

Гу Лань покачала головой:

— Потом спрошу у директора Тун.

В этот момент в кармане у Фан Му зазвонил телефон. Он наскоро вытер руки, достал аппарат и увидел, что звонит Ми Нань. Торопливо провел пальцем по экрану, чтобы ответить, но палец был влажным, и несколько попыток не увенчались успехом.

— Давайте я. – Гу Лань взяла у него телефон, провела мизинцем по экрану, и пошло соединение.

Сразу же донесся голос Ми Нань:

— Ты где?

— Я в приюте. – Фан Му поднес телефон к уху. – А ты?

— Я у Лао Тэна. – Ми Нань говорила очень быстро. – Кровь на тех волокнах определенно Ван Гуанъяня.

Фан Му отошел подальше.

— Значит, кровь Ван Гуанъяня, скорее всего, все еще в том «Бьюике»?

— Верно. Если удастся установить подозреваемого, можно будет провести проверку.

— Хорошо. – Фан Му оживился. – Ты приедешь сюда?

— Нет, мне нужно сначала отнести отчет начальнику Чжао. Передавай привет тетушке Чжао. И еще: не задерживайтесь, у Син Лу вечерняя перекличка.

— Понял.

Фан Му дал отбой – и обнаружил, что Гу Лань стоит рядом с ним.

— Спасибо. – Он положил телефон обратно в карман. – Хорошо, что вы помогли.

— Учитель Фан, – с любопытством спросила Гу Лань, – вы всё еще занимаетесь расследованиями?

— Полицейская академия, научные исследования и работа над делами неразделимы, – кивнул Фан Му. – Я временно помогаю.

— Какое дело? Убийство? Я слышала, вы упоминали кровь и все такое… – Гу Лань вдруг сделала жест, призывающий к тишине. – Наверное, мне не стоит так много спрашивать?

— Ха-ха, мне и правда нельзя об этом говорить, – рассмеялся Фан Му, указывая на таз на земле. – Давайте лучше поскорее закончим работу, а то тетушка Чжао опять будет торопить.

* * *

Гу Лань села, сосредоточенно обрывая бобы. Благодаря усилиям нянь и волонтеров быстро накрыли стол с сытным обедом. По традиции первыми ели дети, а няни и волонтеры кормили самых маленьких и тех, кто не мог есть сам. Фан Му, кормя одного ребенка, смотрел на уплетающих за обе щеки малышей и испытывал одновременно и горечь, и радость. Однако он заметил, что всегда активно боровшийся за еду Го Янь сегодня ел без аппетита – просто молча ковырял рис в миске и лишь изредка тянулся палочками за едой, словно тушеная свиная рулька и жареная рыба его совсем не интересовали.

Наевшись, дети выходили из-за стола играть или делать уроки. Директор Тун и няни собрали остатки еды на один стол, приглашая взрослых поесть. Фан Му рассеянно просто залил рис мясным бульоном – и на этом закончил. После обеда все убрали столовую и разошлись готовиться к ужину. Директор Тун, тетушка Чжао, Син Лу, Фан Му и Гу Лань сели за один стол и, занимаясь мелкой работой вроде чистки чеснока и перебирания кинзы, разговаривали.

Разговор быстро перешел на Додо, которую сегодня выписали из больницы. Директор Тун, явно неравнодушная к этой бедной девочке, подробно расспрашивала Гу Лань о ее состоянии. Когда речь зашла о дальнейшем лечении, она призналась, что у нее нет идей на этот счет, и, поколебавшись, осторожно спросила совета у Гу Лань. Та была настроена решительно: