Книга Прогулки в прошлое, страница 59 – Анна Васильевна Дубчак

— Может, на самом деле, чтобы не болело, хвост отрубить? — вдруг предложила Рита слабым голосом, и Женя сначала не поняла ее.

— Вы имеете в виду поскорее встретиться с Любой? — догадался Сергей.

— Да, точно, — отозвалась Рита. — Вы все правильно поняли.

— Ну, тогда не станем медлить, — оживилась Женя, радуясь тому, что так удачно все складывается, Рита словно прочла ее мысли. — Я позвоню Борису и попрошу его организовать нам встречу с Любой. Пусть и она приедет к нам. Думаю, что когда мы с ней встретимся и мне удастся расположить ее к себе, то и она (если ее помыслы чисты) сама захочет рассказать мне о своих планах. Если же откажется, то, сами понимаете… Выведем ее, как говорится, на чистую воду, я попрошу ее быть предельно честной, и тогда посмотрим, что она нам скажет. И повторюсь, если она откажется приехать к нам, значит, ее план далек от того, чтобы просто восстановить справедливость и выпустить на волю невиновного. И у нее есть другой, более серьезный план, но который опять-таки завязан на вас, Рита.

— Да, я поняла уже…

На обед Галина Петровна приготовила прямо-таки новогодний и совершенно забытый салат «Гранатовый браслет». На круглом блюде уложены мясо и овощи слоями, все это густо посыпано зернами граната, в середине пустое место, куда можно пристроить похожую на человеческую кисть надутую силиконовую перчатку, и таким образом салат будет напоминать крупный гранатовый браслет.

Конечно, этот салат появился на столе случайно, просто в доме еще с праздника осталось много гранатов, вот Галина Петровна и придумала, как их использовать. И кто бы мог подумать, как странно и удивительно отреагирует на него Рита.

— Я вспомнила! — вдруг воскликнула она, когда Сергей, сидящий рядом и решивший поухаживать за ней, положил ей на тарелку салат. — Да, я знаю, этот салат называется «Гранатовый браслет», но я всегда считала, что зерна граната больше похожи на рубины. Да, я вспомнила…

И тут Женя увидела, как по щекам Риты потекли слезы. Несколько слезинок попали точно в салат.

— Вера говорила мне о рубинах. Точно! Слово, вернее, название «Мьянма» я тогда не запомнила или просто не обратила внимания. Да и мало ли о чем мы разговариваем друг с другом, уткнувшись в телефон и листая страницу за страницей, буквально проваливаясь в интернет, потому что там все интересно… Так вот, Вера рассказала мне, что в этой стране, Мьянме, очень много рубинов. После обеда я постараюсь побольше вспомнить, что она мне об этом говорила. Но я помню, что вид у нее при этом был загадочный… Вернее, нет, не так, скорее задумчивый. Знаете, обычно мы, вооруженные телефонами и находясь рядом, можем сообщить друг другу какую-то интересную вещь, какое-то событие или показать смешное видео, ну, как и все… Но в тот раз информация про рубины прозвучала как-то странно, словно невпопад, но почему-то этой информацией хотелось поделиться, хотя для меня это было не очень-то и интересно и уж точно не смешно. Да, она прочла это в телефоне, вернее, зачитывала мне что-то о рубинах, ну, типа что их там очень много, но страна называлась как-то по-другому…

— Мьянма раньше называлась Бирмой, — сказал Сергей, пододвигая к себе тарелку с супом.

— Ну точно! — обрадовалась Рита и, словно успокоившись, принялась за еду. — Думаю, все это связано: Мьянма, рубины… Но понимаете, вот сейчас, вспомнив про рубины, я испытываю какое-то тревожное чувство. Знаете, как это бывает. Подумаешь о чем-то не очень хорошем, даже плохом, потом забудешь на какое-то время, а когда вспомнишь или твоя память пока еще только блуждает вокруг этой темы, а ты уже словно всем своим существом чувствуешь тревогу и испытываешь те чувства, которые сопровождали это событие… Вот и эта тема про рубины. Вера рассказывала мне о них не просто так, там было что-то еще, более важное, чем сами рубины, но пока что я никак не могу вспомнить… Что-то нехорошее было с ними связано. Вряд ли она хотела сообщить мне о своем желании рвануть в эту Мьянму, нет, она ни за что бы так не сделала. Хотя вы же сами слышали, как Воскресенская рассказывала, что моя сестра чуть не собралась туда, что она ее отговаривала… Не верю я в это. Моя сестра не такая. Да, я понимаю, она уже много чего от меня скрыла, но то скорее от стыда, она не хотела мне признаваться в том, что променяла медицину на пылесос… Но она никогда бы не поступила вот так — взять и исчезнуть, не предупредив. Она же понимала, как я буду переживать, плакать… Да, она могла бы скрыть это от мужа, но мне-то она точно рассказала бы. Да и вообще, моя сестра не дура! Конечно, ее самооценку каждый день уничтожал Борис, выбивая ее своими кулачищами и грубостью. Он был для Верочки как камень на шее. Она не знала, как его сбросить, боялась его. А потому ей было проще целыми днями убираться в чужом доме, зарабатывая нормальные деньги, чем вечером в определенный час возвращаться домой из поликлиники и видеть на диване пропитанного пивом и сигаретами ненавистного мужа. Вот сейчас во всем виню себя… Мы, две здоровые и неглупые женщины, не смогли избавиться от этого урода! Почему? Можно же было найти какой-то способ! Да уж лучше бы я прибила его и села в тюрьму, честное слово…