Книга Джули Чан мертва, страница 100 – Лианн Чжан

Ай накалывает вилкой листик салата.

— Лили повела меня утром на прогулку, и до меня вдруг дошло. Не могу поверить, что у тебя есть целый остров.

Она жует, затем глотает.

— Это… безумие. И вы собираетесь здесь, вот так, каждый год?

— Все благодаря Белле Мари, – говорит Келли. – Она так много для нас делает.

— Такая щедрая, – добавляет Эммелин.

— И такая идеальная, – говорит Лили.

— И красивая, – вставляет Майя.

Белладонны смотрят на Беллу Мари сияющими глазами, а она смущенно улыбается. В солнечном свете ее золотые кудри кажутся почти белыми.

— Ой, перестаньте, – говорит она, прикрывая рот.

— Мы все так много работаем, – продолжает Келли. – Это единственная неделя в году, когда мы можем отдохнуть.

Все согласно кивают.

Но идиллию вдруг разрушает короткий смешок. Едва заметный смешок Айлы. Взгляды мгновенно устремляются к ней. Она оглядывается, поджимая губы.

Келли склоняет голову набок, и в ее глазах мелькает раздражение. До меня долетает запах мяты, хотя она не жует жвачку.

— Над чем ты смеешься?

Она улыбается, но голос звучит резко.

— Айла, – говорит Лили, крепко сжимая стакан с соком. – Помнишь, о чем мы говорили утром?

— Да, но я просто… ну… понимаете.

Она неловко смеется. Но ее встречает тишина.

— Понимаем… что? – спрашивает Келли.

Айла оглядывается, будто надеется, что кто-то договорит за нее. Все молчат.

— Мы инфлюенсеры.

— И что это должно значить? – спрашивает Келли.

Я замираю, внутри все сжимается. В нескольких шагах вода с грохотом разбивается о камни, брызги долетают до моего бедра.

Ай поднимает вилку, словно надеется, что разговор сойдет на нет. Но все молчат, и она опускает ее и тихо произносит:

— Я просто хочу сказать… быть инфлюенсером – это не самое сложное занятие на свете.

Она смотрит на Келли.

— Ты всего-то снимаешь реакционные видео.

Келли изгибает бровь.

— И?

— Ты серьезно? Хочешь, чтобы я сказала как есть? – Айла вздыхает. – Ну… это не требует особых усилий.

Я сжимаю край блузки, дыхание сбивается. Что она делает?

Келли раскрывает рот, и у нее вырывается злобный смешок.

— Ты вообще представляешь, сколько я работала, чтобы добиться того, что у меня есть? И, между прочим, у меня очень высокий уровень продакшена. У меня команда из пяти человек. Я кормлю семьи.

— Да, но в итоге ты просто нажимаешь «Плей» и записываешь реакцию, разве нет?

— Так описывать мою работу… просто отвратительно.

— Отвратительно? – присвистывая, произносит Ай. – Ничего себе.

Я прикусываю губу, переводя взгляд с Келли на Айлу. Я хочу, чтобы они прекратили. Хочу, чтобы все вернулось на минуту назад. Мы были семьей. Поддержкой друг для друга.

Что случилось с рассказами Келли о групповой синергии? Эти правила не действуют, если вдруг задели ее?

— Думаю, нам всем стоит успокоиться, – начинает Эммелин.

— Если это так просто, – перебивает Келли, – почему бы тебе самой этим не заняться?

Айла откидывается назад, поднимая руки. Мол, ну это же очевидно.

— Меня никогда не будут любить за посредственные ролики, потому что я далека от образа типичной белой красавицы.

Я морщусь – она произнесла то, что и так витало в воздухе, – и бросаю взгляд на Беллу Мари, ожидая, что она разрядит обстановку. Но ее губы сомкнуты. Она не следит взглядом за говорящими, будто погружена в собственные мысли.