Книга Не верь глазам своим, страница 49 – Лариса Соболева

— Спасибо. – Вероника поверила ей. – Больше вас не побеспокою.

Она поднялась и пошла к выходу. Ирина Евгеньевна окликнула ее:

— Вероника! (Та задержалась, оглянулась.) Тебе нужна помощь?

— Вы уже помогли, сказав правду, а я освободилась от лишней траты времени на бесплодные поиски несуществующей сестры.

— Оставь номер телефона…

— Зачем он вам? Пусть все останется как есть, вам же спокойней будет.

— Вероника…

— Да?

— Прости. Пожалуйста, прости.

— А я не держу на вас зла, – сказала Вероника мягко. – Я росла в детдоме на редкость идеальном, имелись свои недостатки, но мелкие, главное, там любили нас. Чтобы мы узнали устройство жизни, каждый работник на выходные брал парочку детей к себе домой, даже водитель и уборщица. Они учили, что есть кухня, плита, на ней готовят еду, рассказывали про другие бытовые дела. Из детдома я вышла подготовленной к жизни среди людей. И знаете… хочу поблагодарить вас, что вы дали мне жизнь, это стоит благодарности, и не таить на вас зла. Я рада, что это вы, что я не безродная, не дворняжка, такое тоже слышала в свой адрес, рада, что меня не под забором нашли. Жить – большое счастье, несмотря ни на что, оно досталось мне, поэтому… спасибо вам. И всего доброго.

Довольная Вероника упала на сиденье, Роман и Танюшка повернулись к ней с молчаливым вопросом, она закивала:

— Все в порядке, поехали.

— Встреча прошла удачно, – догадался без труда Роман, сдавая назад. – А как твоя эта… типа мать?

— Признала меня, внешне мы с ней очень похожи… Ой, извини, звонит Славик. – Вероника включила громкую связь. – Слушаю тебя, Славик.

— Гони ко мне, кое-что бомбовое покажу. Я про видос.

— Славик, мы сейчас не в городе, но как приедем, я сразу к тебе… Ты же дома будешь?

— Мне работать по кайфу в своей конуре, а не тащиться на галеры, короче, я всегда на месте. Жду. Не пожалеешь.

* * *

— Честно говоря, не знаю, что и думать, – проговорил Сергей, выглядевший сосредоточенным, тем не менее нерастерянным. – Преследователи поняли, что ты отрываешься от них, так?

— Вне сомнений, – ответил Карелин. – Я же проверял, сначала на обычной скорости делал повороты. Потом повысил скорость, а дорога скользкая, машину заносило, их тоже… Повезло, что никто не попал под мои колеса.

Разговаривали в кабинете Сергея, Карелин, теперь возглавивший компанию, позвонил ему и просил срочно приехать, это самое надежное и безопасное место, а кабинет отца – неизвестно, что там и как устроено.

— Тебе удалось оторваться, да?

— Я подъехал к торговому центру, остановился на парковке и не выходил. Если они намеревались убить меня, могли это сделать раньше. Ехал я через плохо освещенный район, вечером людей там – раз-два и обчелся, поначалу не убегал от них, мяч был на той стороне. А у торгового центра решил так: остановлюсь, если им что-то надо, подойдут.

Георг сделал паузу, налил в стакан минеральной воды, выпил, история-то пренеприятная, наверняка и ночь была бессонная. Есть у него противная черта – на полуслове может включить паузу, как правило, у Сергея не хватает терпения ждать, когда он продолжит, как в данную минуту:

— И? Ну, говори, елки-палки!

— Не подошли. Проехали мимо медленно прямо перед моим носом, но я не разглядел, кто внутри. Окна тонированные, да и темно на парковке.