Книга Не верь глазам своим, страница 123 – Лариса Соболева

Старшему сыну никогда и ни в чем не хотелось походить на отца, Сергей воспитывал в себе его противоположность не только в характере и отношении к окружающему миру, но даже в такой мелочи, как кулинарные предпочтения. Происходило так в силу протеста и на подсознательном уровне, поэтому только сейчас, стоя в ногах отца, Сергей осознал это и пожалел его, ведь папу никто не любил. Родителей не выбирают, и Сергей считался с ним, но не любил. Да и считался лишь потому, что Вероника настраивала на доброжелательность к отцу, который не воспринимал жену сына в качестве члена семьи. Сергей выбрал другой термин – терпимость, м-да, опять Вероника, она сдерживала его…

— Ближе подойди, – приказал отец, – нужно сказать тебе… важное.

Взяв стул, Сергей поставил его рядом, сел, приготовившись слушать, но сначала, конечно, произнес хоть и дежурную фразу, но искренне, ведь все обиды меркнут рядом с угрозой смерти:

— Папа, я рад, что ты очнулся.

— Я тоже рад. Но это еще не гарантия, что восстановлюсь.

— Брось, все теперь будет…

— Я не за тем прикидывался трупом, чтобы слушать ахинею, – прервал его Юрий Андреевич. – Слушай внимательно, а то как бы чего не вышло. Наклонись.

— Здесь нет камер, можешь говорить…

— И у стен есть уши. Наклонись. (Сергей придвинул ближе стул, наклонился.) Запоминай. В банке «Status» ячейка, ты имеешь право на доступ к ней, запоминай…

Сергей слушал, повторил номер ячейки и код сейфа в сейфе (да, в кабинете сейф имеет две камеры, обе с кодами), там хранится личный ключ отца от ячейки.

— В банковской ячейке лежат ценности, документы на твою компанию, я переделал ее на тебя, ты теперь единственный владелец «Взлета». Это справедливо, никто не должен делить то, что создал ты. Все, что найдешь в ячейке, твое. Забери.

Да, подарок «щедрый» – подарить компанию тому, кто ее создал, но у внезапной щедрости должна быть причина, Сергей решил выяснить ее:

— Почему такое решение принял? То не хотел отдавать мою компанию, а тут вдруг втайне от меня переделал и спрятал не в сейфе, у тебя их два – в офисе и дома, а в банковской ячейке? Что случилось?

— Понимаешь, в жизни всякое бывает, я подумал и…

— Неправда. Папа, не юли, говори, как есть.

Юрий Андреевич нахмурился, глаза опустил, не имел он желания говорить правду, в результате оной высветятся его слабости. Также сын захочет узнать причины глубже, а в глубине Марианской впадины водятся чудовища, пугающие самого хозяина. Собственно, терять уже нечего, кроме жизни, да и та висит на волоске, он признался:

— ББ потребовал в невестки Яну, а в приданое твой «Взлет». Я обещал поговорить с дочерью, она категорически отказалась.

Сергей с минуту переваривал информацию, сравнивал с тем, что говорили сестра и Ким, сделав выводы в уме, он молча выжидал. Юрий Андреевич понял, что сын ждет подробности, но углубляться в детали не было у него желания, а как-то объяснить свою настойчивость предстоит, сын помог, вдруг спросил:

— А если б она согласилась, ты отдал бы мою компанию?

— Я предложил взамен стекла и тазики, – тоном возражения Юрий Андреевич давал понять, что дело решалось в пользу любимого сына, хотя о любви по большому счету не стоило бы упоминать, папа и любовь несовместимы. – Доход неплохой, но там надо работать, ББ к работе не годится, он ничего не умеет, только хапать. Майкл в него пошел, этот будет еще хуже, все же у отца были сомнительные, однако нормы. Наверное, поэтому он требовал твой «Взлет», там все выстроено, успешно, опять же – перспектива получить госзаказ. Да и ты никуда не делся бы с подводной лодки, свое детище выбросить крайне трудно.