Книга Хэвен, страница 93 – Том Диди

Отец Маккарти смотрел на собравшихся в церкви, чувствуя каждый год своих прожитых семидесяти двух лет. Похороны были частью его служения, но похороны детей – это то, к чему он никогда не привыкнет, даже если проживет еще семьдесят два. Блестящий гроб был таким маленьким, слишком маленьким, но боль, которую он приносил, была огромной. Его взгляд наткнулся на Молли и Рича Шихан, и он ощутил их горе. Они совсем не походили на счастливую молодую пару, которая всегда посещала мессу, держась за руки и улыбаясь, с двумя своими мальчиками рядом. Их лица были искажены горем. Расстояние между ними на скамье рассказывало старую историю: родители, охваченные горем, ищут кого-то, кого можно обвинить, и в итоге находят друг друга. Он мысленно отметил навестить их через неделю или две, чтобы узнать, как они справляются.

Когда он собирался начать службу, дверь в конце церкви открылась и яркий луч солнца прорезал полумрак. Маккарти наблюдал, как силуэт проясняется и превращается в какого-то старика. Дверь за ним закрылась. Маккарти не узнал его. Вероятно, это какой-то дальний родственник, решил он и начал службу.

Когда настало время произнести речь, Рич Шихан неловко подошел к кафедре, рыдая. По его взгляду можно было понять, что он находится под воздействием сильных успокоительных. Он справился достойно, с мечтательной и полной любви нежностью рассказав о своих мальчиках, и вызвал грустные улыбки у собравшихся, упомянув пару забавных историй о своих шалопаях. Молли на протяжении всей службы держалась стойко, и Маккарти задумался, кому было хуже: Молли – потому что она здесь, или Ричу – потому что душой он был не здесь. Ответ был найден быстро.

Когда Рич закончил подготовленную речь, он сделал паузу и посмотрел на гроб, затем на Молли.

— Мое последнее воспоминание о Эдди – когда я поцеловал его, спящего, прежде чем ушел на работу в тот день, когда он умер. Моя жена, моя бедная Молли, хранит совсем другое воспоминание. Я могу закрыть глаза и увидеть его личико, когда он перевернулся на бок после моего поцелуя. То, что видит Молли… – Его голос сломался, и слезы вновь потекли по лицу. – То, что Молли видит, когда закрывает глаза… это преследует меня. Потому что то, что она видит, – моя вина. То, что меня не было рядом, что я не смог спасти моего сына… – Его колени подкосились, и он рухнул на пол, безудержно всхлипывая. Молли не смогла сдержать эмоции. Сначала по ее щеке скатилась слеза, а затем она подошла к мужу, пытаясь его утешить и выплескивая собственное горе в рыданиях.

Она помогла ему спуститься с алтаря, но он внезапно остановился перед гробом и нежно положил на него руку.

— Мне так жаль, Эдди. За что…

Затем Молли и другие родственники помогли ему вернуться к скамье. Маккарти посмотрел ему в глаза и тут же отвел взгляд. Боль и вина – это то, чего он не хотел видеть. Как Рич сможет это пережить, он не знал.

Маккарти снова посмотрел на паству. Они ждали чего-то, что могло бы облегчить страдания, ждали, чтобы он хоть как-то улучшил ситуацию. Он подошел к кафедре и прочистил горло.

Его взгляд окинул взволнованную толпу, и Маккарти заметил старика, сидящего в конце зала. Он сидел, опершись головой на руки, плечи дрожали, он явно плакал. В этот момент он поднял глаза, и взгляд его встретился с глазами Маккарти. В этих глазах Маккарти увидел те же боль и стыд, что только что видел в глазах Рича. Затем мужчина поднялся на ноги и, не оглядываясь, покинул церковь. Когда дверь медленно закрылась и ослепительный поток солнечного света исчез, священник начал говорить.