Книга Груз с особой печатью, страница 96 – Александр Тамоников

Утешив себя, что в темноте он не рассмотрел, как расположены навесы, на которых установлена была дверца, Шубин наконец-то проник на территорию монастыря. Остановился, решая, как ему быть дальше — оставлять калитку открытой, чтобы через нее в случае чего на территорию смог зайти кто-то и из его товарищей, или закрыть ее. Решил оставить открытой.

«Вряд ли кто-то из этих двоих — венгры они, немцы, или кто они там еще — знает об этом выходе с хозяйственного двора, — размышлял Глеб. — К тому времени, как Михал приведет к монастырю наш небольшой отряд, уже рассветет, и кто-нибудь из наших обязательно увидит открытую калитку».

Теперь, когда он проник внутрь монастыря, ему надо было выяснить, где находятся беглецы и где они держат Наденьку. Луна окончательно спряталась за ближней горой, но начинал брезжить рассвет, и с каждой минутой становилось все светлее. Серые полусумерки сменяли темноту ночи, и видимость становилась лучше. Теперь Глебу надо было действовать так, чтобы его не заметили, но он первым мог бы найти убежище, в котором прятались беглые нацисты.

Шубин еще раз осмотрелся. Судя по всему, он, как и предполагал, находился на заднем, хозяйственном дворе монастыря. По периметру стояли разные хозяйственные постройки из дерева и камня — сараи, овчарни, сеновал или, по крайней мере, что-то похожее на эти сооружения. Снега вокруг были целые сугробы. Некому его чистить, но зато видно, что никто в этой части двора не ходил. А значит, те двое находятся в жилой части монастыря.

— Правильно, что им тут делать? — сказал сам себе Шубин и направился к невысокому каменному ограждению, которое отделяло задний двор от переднего.

Пока Глеб был за этой стеной, он мог не опасаться, что его увидят. В стене были небольшие ворота, через которые, судя по всему, монахи попадали на скотный двор. Ворота тоже были занесены снегом, но сам забор не был высоким, и Шубин легко смог перебраться на другую сторону. Приник к стене, прислушался, пытаясь определить, в какой стороне могут находиться беглецы. Но кругом было так тихо, что Глебу казалось, будто вокруг него вообще никого нет. Вдруг вдалеке, где-то слева от него, раздалось негромкое лошадиное ржание.

«Ну, теперь, по крайней мере, я знаю, где лошади», — подумал Шубин и направился в сторону, где, судя по всему, находились лошадки Джозепа.

Стараясь оставаться незамеченным, Глеб добрался до длинного невысокого строения с трубой (похожего на хлебопекарню), стоявшего неподалеку от колокольни. Тут он и увидел лошадей. Они были привязаны к столбу Г-образной формы с подвешенным к нему большим железным билом. Шубин где-то и от кого-то еще давно, до войны, слышал, что с помощью этого устройства монахи собираются на общую молитву. Наверно, так когда-то было и здесь.

Но теперь Глеба интересовало совсем другое — где находились те, кто привязал лошадей? В здании рядом с привязанными лошадьми? На колокольне? Или, может, в той самой трапезной, где совсем еще недавно сидели он и его товарищи? А может, еще где-то? Мест, где могли укрыться сами фрицы и где они могли спрятать Надю, в большом дворе монастыря было много. Только келейных построек Шубин насчитал четыре штуки. А ведь кроме них, был еще центральный храм, трапезная и еще несколько построек, о назначении которых Глеб не знал. И в любом из этих мест могли укрыться фашисты. Да, задача…