Книга Безмолвный перевал, страница 8 – Александр Тамоников

«…Совершенно внезапно небо разверзлось, и показалось большое огненное тело, которое неслось вниз, в промежуток между обеими ратями; по виду своему оно более всего походило на бочку, а по цвету — на расплавленное серебро. Противники, устрашенные знамением, разошлись без боя. Это случилось, как рассказывают, во Фригии, около места, которое называют Офрия».

Солдаты Лукулла, похоже, не были склонны к сочинительству, иначе не про бочку бы рассказали, а придумали, будто видели гарпий, грифонов или иных мифических чудовищ. Следовательно, доблестные легионеры разглядели НЛО хорошо, и отсутствие воображения не позволило им переврать увиденное. Конечно, сегодня любой физик скажет, что загадочное огненное тело являло собой шаровую молнию или же болид. Но что, если?.. Бочка в небе… Летящий объект цилиндрической формы, совсем как тот, что видели полковник с лейтенантом…

О древней Фригии полковник помнил две легенды, обе — о царях этой канувшей в Лету страны. Первого царя звали Гордий, именно он затянул Гордиев узел, развязав который можно обрести власть над миром. Нетерпеливый Александр Македонский предпочел с тем узлом не колупаться, а разрубить его мечом. Второй царь, известный как Мидас, обладал способностью превращать в золото любой предмет, к которому прикасался, но сей дар погубил владыку, поскольку еда и питье в его руках тоже становились золотом, отчего Мидас умер, томимый голодом и жаждой.

Таковы предания. Данные истории же говорят о том, что Фригия занимала сравнительно небольшую площадь на Анатолийском плоскогорье — в сердце Малой Азии, между Понтийскими и Таврскими горами. Сегодня здесь находится небольшой турецкий город Сивас, в античную эпоху именовавшийся Себастия. Помимо Себастии, в древности на плато размещались десятка два городов, включая упомянутую в тексте Офрию.

Сощурившись, полковник напряженно всматривался в слепящую небесную высь в надежде повторно увидеть «Летучего голландца», хотя умом прекрасно понимал, что аппарат вернется, вероятно, на следующие сутки.

Какая-то часть мозга — извилина, ответственная за бегство от реальности, — настойчиво увещевала, что увиденное является звездолетом инопланетной расы. «Нетушки! Я знаю, что я видел! — ответил сам себе Богданов. — Эту штукенцию сварганили на земном заводе». И он пообещал себе зарисовать «Голландца» после возвращения в лагерь, чтобы затем передать набросок Еремину.

Выполнить обещание не получилось, отвлекли текущие дела.

На базе полковника ждал сеанс связи с Кабулом, откуда оповестили, что в течение суток Богданову предстоит тряхнуть стариной и возглавить очередную операцию спецгруппы «Дон». Ребята, оказывается, уже в пути, да не просто в пути — позавчера они выехали из учебно-тренировочного лагеря в туркменском Тахта-Базаре и взяли курс на пограничную Кушку, что на советско-афганской границе. Прежде чем добраться до Гиришка, им предстояло сделать две остановки — первая в Герате, вторая в Шинданде, откуда их вертолетом перебрасывают в гарнизон Богданова.

С одной стороны, Вячеслав Антонович радовался возможности повидаться со старыми друзьями, с которыми пуд соли съел и пуд пороха понюхал. Ничего нет лучше, чем после нескольких месяцев нахождения среди малознакомых людей вновь посмотреть в родные лица. Прибудут Дорохин, Дубко, Зуйков, Лепилин и даже вроде как Уфимцев, если полковник ничего не напутал. С другой стороны, возглавить операцию в его-то годы! Страшновато. Богданов уговаривал себя, мол, старый конь борозды не портит, но к чему ложь? Портить не портит, конечно, да вот пашет медленно. Как бы задание не запороть и ребят не подставить.