Книга Моя русская княжна, страница 41 – Арина Теплова

Мы так и продолжали говорить: он — по-турецки, я — упорно по-русски, и оба понимали друг друга.

— Взял в долг. Он знал моего покойного отца.

— В долг? Ну-ну, — прошипела я, совсем не веря ему.

Мне казалось — всё что он делал, он делал гадко и гнусно.

Он усадил меня верхом на второе животное, но уже по-мужски. Начал привязывать мои ноги и бёдра к луке седла. Стоял у лошади и был лишь на голову ниже меня, сидящей верхом.

— Приеду домой и пришлю лошадь обратно, и денег за плащ.

— Мог бы и не брать плащ, — произнесла я хмуро, сверкая на него глазами, — Сдохну, и тебе меньше мороки.

Его взор стал угрожающим и мрачным. Он вдруг схватил меня рукой за подбородок, заставив смотреть на себя и процедил:

— Не сдохнешь, пока я этого не захочу, русская. Поняла?

Что за привычка была у этого гада хватать меня лапищей за лицо, прямо бесило это. Я дёрнула головой, потому что руки у меня так и были связаны. И демонстративно отвернулась от него.

Турок быстро закончил привязывать меня к седлу. Достал из-за пояса жестяную фляжку и, открыв ее, приставил к моим губам.

— Пей! — приказал он.

Я сжала губы, сопротивляясь.

— Ну, Айнур!

Пришлось пить. Побоялась, что он снова схватит меня за лицо. Но зато придумала кое-что, чтобы позлить его.

Когда он убрал фляжку и требовательно заявила:

— Я хочу в туалет, — Он недовольно зыркнул на меня, видимо, думая, что я вру, но я тут же добавила: — Или мне ходить под себя?

Процедив ругательство, Янгир начал снова отвязывать меня от седла. Потом отнес в какой-то сарай, типа отхожего места, развязав только руки. Пришлось изловчиться и справлять нужду со связанными ногами в длинных юбках, но я справилась. Когда мы снова были готовы ехать, турок сунул мне в руки круглый, небольшой пирог с зеленью, похожий на нашу ватрушку.

Сначала я хотела отказаться. Но потом решила, что мне нужны силы. Именно в эти страшные мгновения я поняла, что хочу жить. Несмотря ни на что.

Жажда жизни оказалась сильнее моих упаднических, трагичных мыслей о жуткой действительности. И назло несправедливой судьбе, я решила выжить.

Снова я посмотрела на пирог в своих руках. Он выглядел довольно аппетитно. Хотя руки у меня и были связаны, я все же смогла поесть. Пирог оказался с картошкой и какой-то пряной травой. Время было уже более полудня, и я проголодалась.

Следующие сутки прошли как страшный сон. На ночлег мы остановились в городке под названием Харманли, а далее весь день снова скакали на восток. У меня так и были связаны руки и ноги, а мерзкий турок так и носил меня на руках на остановках и в отхожее место.

К вечеру второго дня мы наконец достигли какого-то большого селения. К этому времени кожа на моих запястьях и ногах уже почти стерлась в кровь от жестких веревок. Но моему похитителю это было совершенно безразлично. Я лишь молча терпела все издевательства и запоминала дорогу. Более этот мерзавец не приставал ко мне. Только угрожающе зыркал темными глазами, отдавал приказы, чтобы я вела себя смирно и ела, когда он велит. А еще все время в пути он крепко держал поводья моей лошади, чтобы она не отставала от его жеребца.

Когда же мы въехали в селение, меня поразило, как местные жители встречали нас. Они явно знали Янгира. Турки кланялись, махали шапками и даже громко кричали что-то радостное. Я разобрала только то, что они приветствовали Янгира, типа, что он вернулся домой живой. Эти приветствия бесили меня неимоверно.