Книга Моя русская княжна, страница 11 – Арина Теплова

— Может у родни денег поспрашивать, не дадут? — выдала я новый вариант.

— Не буду. Это совсем уж позор — побираться по родным. Они сами не богато живут.

— Батюшка, а мое приданое? Возьмите его! — озвучила я мысль, которое крутилась у меня в голове уже неделю. — Вы же говорили, что сто пятьдесят тысяч мне готовили.

— Нет, это твои деньги, дочка. Не дело это. Долг-то брата моего, а я проглядел воровство сестрицы. Ты почему должна быть наказана?

В общем, после долгих уговоров Сергей Михайлович все же согласился со мной. Но сказал, что после расчета по долгу начнет снова копить мне на приданое. Я же немного успокоилась. Ведь теперь мы сможем заплатить этому графу.

А приданое… что ж… Мне оно пока не нужно. Замуж я не собиралась.

— Вот все и решили, — довольно сказала я. — Теперь вам можно и дома остаться, и на войну не ездить.

— Все равно придется, — вздохнул Сергей Михайлович. — Другого выхода нет, душенька. Не могу сейчас уйти в отставку по состоянию здоровья. Нам нужны деньги. И дом, и имение будут заложены, надо их потихоньку выкупать, а то и их лишимся через десять лет. А на службе я хорошее жалованье получаю, да и за военную кампанию еще больше, чем обычно. Так что надо мне ехать, Алекс. За год я смогу накопить денег и выкупить наш особняк из заклада.

— Но целый год, батюшка! Ваше сердце не выдержит, оно больно. Доктор сказал, что вам нужен покой и домашнее лечение.

— Я солдат, дочка, я выдержу. Но обещаю тебе, это будет последняя война, где я участвую. Чувствую, силы уже не те. Все же пятьдесят семь лет мне уже, да и раны старые беспокоят сильно.

— Тогда я поеду с вами на Балканы и буду заботиться о вас там. Лучше, чем от безделья здесь маяться одной.

— Что это еще за глупости? — насторожился князь.

— Я уже много знаю из медицинских курсов, на которые хожу.

— Блажь это твоя, душенька, да и только.

— Нет, не блажь. Не зря вы мне тогда бумагу-разрешение написали, чтобы я могла обучаться там. Мне очень нравится. Хоть чему-то новому, интересному учусь.

— Не понимаю я этого баловства, Алекс. Ты закончила институт благородных девиц, учитель по французскому и мадам по музыке к тебе ходят постоянно. Ты образована так, что любая барышня твоего круга могла бы позавидовать. Зачем тебе еще эти лекарские премудрости знать?

— Чтобы за вами ухаживать. Я ведь теперь и уколы умею делать, и немного в лекарствах разбираюсь. Так что я могу стать вашей сиделкой и присматривать за вами, батюшка.

— Хорошо, присматривай, дочка. Пока я дома, я не против.

Князь сделал жест, и я наклонилась. Он поцеловал меня в лоб и велел:

— А теперь ступай к себе, причешись, оденься. Я еще немного бумаги посмотрю, да на письмо отвечу. Тут срочное что-то из военного министерства.

— Хорошо.

Подхватив коробку с медикаментами, я быстро вышла из кабинета отца. Но не успела сделать и три шага, как вдруг наткнулась на что-то твердое. Охнула от неожиданности и выронила коробку с лекарствами на ковер перед дверью. И опять чьи-то сильные руки удержали меня от падения. Я подняла глаза на утреннего нежданного визитера и побледнела.

Передо мной стоял этот приставучий подпоручик Ладыгин, и я опять столкнулась с ним. Прямо дежавю какое-то!

— Осторожнее, Александра Сергеевна!

— Опять вы, милостивый государь? — недовольно спросила я.