Книга Измена. Мы теперь чужие, страница 38 – Елена Полярная

— А что, я должна взять какой-то временный обет на траур и рыдать днями напролёт? По-моему, я задала вполне логичный вопрос, который интересует всех нормальных людей. Да и мне будут нужны деньги на восстановление. Ой, и не надо на меня так смотреть, словно я бессердечная тварь. Я их любила и мне больно от утраты, но я не собираюсь, как ты, переигрывать, с целью показаться идеальной дочерью.

— О чём это ты? Хочешь сказать, что моя боль показушная? Даша, ты… Ты меня порой очень сильно поражаешь. Я хочу тебя любить, честно хочу, мы же выросли вместе и ты мне дорога, но ты делаешь всё, чтобы любить тебя было непомерно тяжело.

— Ладно, давай закроем эту тему. Я сейчас не хочу с тобой ссориться. У меня на это банально нет сил.

Таня раздражённо поджала губы и покачала головой. Было видно, что ей есть что добавить, но она решила промолчать. И вот так, не прощаясь, она вышла из палаты.

И только когда меня выписали из больницы, я смогла углубиться в тему наследства.

Таня получила больше!

А я в этом даже не сомневалась. И как же хитро придумал отец. Чтобы не показать, что он любил родную дочку больше, он не разделил всё своё имущество только между мной и сестрой, а включил в завещание Катю. Но ведь по факту часть моей племянницы — это часть Тани.

Вот я знала, что так оно и будет. Не зря меня не оставляло ощущение, что я чужая в их семье.

Это открытие было настолько болезненным, что мне хотелось разорвать все связи с Таней и уехать куда подальше, лишь бы больше никогда её не видеть.

И я так и сделаю, но не сразу. Сначала я должна попробовать восстановить справедливость. Раз мы обе дочери Сергея, хоть я и приёмная, то и получить должны одинаково, без учёта, есть у кого-то из нас дети или нет.

Татьяна

Какой-то дурдом, честное слово! Мне кажется, что ещё немного и я сойду с ума. Ну или уже сошла, если учесть, что я ничего не понимаю, находясь в постоянной нервотрёпке и подвергаясь чужому давлению.

Всё происходило как-то быстро, так что я не успевала за происходящим. И несмотря на то, что смерть родителей оказалась для меня слишком тяжёлым ударом, я изо всех сил старалась не сломаться, поражаясь наглости некоторых людей. Да не просто людей, а ещё и близких людей.

Что Андрей, что Даша, были заинтересованы только в вопросе раздела имущества, и желательно в свою пользу. Они оправдывали это тем, что у них есть на это право. А мне просто хотелось закричать — «Что же вы делаете, я же всего как две недели назад похоронила родителей!».

Борясь с потерей дорогих мне людей, я также участвовала в судебных тяжбах с этим пьяным уродом, врезавшегося в их машину. И как же это было несправедливо! Мои мама с папой умерли, Даша оказалась в больнице, а он отделался небольшими повреждениями. Почему так произошло? Он виновник аварии, но он ни только не получил никаких увечий, как бы жестоко это не звучало с моей стороны, но ещё и может избежать заслуженного наказания.

Этот недочеловек, Руслан, оказался братом нашего мэра, и на заседаниях он вёл себя по-хамски, видно веря, что у него получится выкарабкаться из этой ситуации без особых проблем, считая, что его связи и деньги ему помогут. Но я была настроена решительно. Я просто не могла допустить, чтобы он оказался на свободе и забрал ещё чью-то жизнь.