Книга Чужак и не его Сновидица, страница 180 – Рина Белая

Он заметил это сразу и неожиданно тихо хмыкнул.

— Какую ягоду ты любишь?

Я моргнула, окончательно сбитая с толку. При чем здесь еда, когда мы говорим о таких… вещах?

— Землянику, – ответила я, вспоминая редкое лакомство из садов Обители.

Мархус едва заметно улыбнулся.

— Представь, что я спрятал у себя сладкую землянику. И попробуй найти ее языком.

Я замерла. Кажется, даже дышать перестала. Потом перевела взгляд на его губы и сразу почувствовала, как к лицу снова приливает жар. Я закрыла глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца, который, казалось, отдавался даже в кончиках пальцев.

Образ спелой земляники был понятнее и безопаснее, чем то, что на самом деле собиралось произойти между нами. Решив сосредоточиться только на нем, я снова прильнула к его губам. Несколько секунд я целовала его так же, как раньше – медленно и осторожно. Потом все-таки заставила себя сделать то, о чем он говорил. Кончик моего языка несмело коснулся его нижней губы. Его дыхание смешалось с моим, когда он чуть приоткрыл губы, приглашая меня ближе.

Я помедлила всего мгновение, а затем осторожно скользнула языком внутрь. Первое прикосновение оказалось неожиданно мягким.

Он незаметно перехватил инициативу. Поцелуй становился глубже, смелее, требовательнее. Постепенно я перестала контролировать каждое движение, потому что сопротивляться этому теплу уже не хотелось.

Его ладони поднялись выше. Одна остановилась на моем плече, согревая даже сквозь ткань платья, другая скользнула к шее. Когда его пальцы зарылись в мои волосы, я на мгновение разорвала поцелуй, сама подставляя его губам свою шею. Мархус сразу понял этот жест. Я почувствовала, как его губы горячо прильнули к моей коже. Он покрывал шею поцелуями, медленно спускаясь от самого уха к ключице, и от каждого прикосновения кожа покрывалась мурашками, заставляя меня мелко дрожать в его руках.

Когда наши губы встретились снова, поцелуй уже стал другим – мучительно глубоким и тесным. В какой-то момент я почувствовала легкий, едва уловимый металлический вкус. Ощущение ударило внезапно: под ребрами вспыхнул жар, мгновенно растекшийся по всему телу. Я судорожно вдохнула ему в губы и сильнее вцепилась пальцами в плечи.

Мархус тоже это почувствовал.

Несколько секунд он просто смотрел на меня так близко, что наши лбы почти касались друг друга. Его дыхание стало тяжелым, а в светло-серых глазах мелькнуло что-то очень похожее на потрясение.

Потом его пальцы сжались у меня на плечах, притягивая меня к себе.

Я сама не поняла, как оказалась прижатой к его груди, уткнувшись лицом ему в плечо. Несколько минут я просто сидела так, пытаясь успокоить дыхание, но рядом с ним это казалось невозможным.

Я чувствовала тяжесть его руки у себя на спине, медленное движение пальцев в волосах, тепло его груди под щекой и понимала, что этого уже недостаточно. Мне хотелось поднять голову и снова поцеловать его.

Вспомнив про главу дома Уоллов, я попыталась отстраниться, но в ту же секунду поняла, что сил почти не осталось. Тело стало тяжелым, перед глазами все поплыло.

Мархус заметил это сразу.

— Все хорошо, – сказал он. – Ты все сделала правильно.

— Тебе понравился мой поцелуй? – спросила я едва слышно.

— Мне понравился твой поцелуй, Мирена. А сейчас отдыхай. Тебе нужны силы.