Книга Королевы и монстры. Месть, страница 82 – Джей Ти Джессинжер

— Что это? Ветер? Медведь? Серийный маньяк?

Спокойный, как удав, Малек отвечает:

— Это По.

— Что за По?

Мал встает с кровати, пересекает комнату и поднимает стекло. Внутрь врывается холодный воздух. На подоконник, хлопая крыльями, садится громадный черный ворон. Эта штука весит, наверное, килограммов десять. У него блестящие глаза, острый как бритва клюв и пугающе осмысленный взгляд. Он смотрит и каркает на меня так, будто сам Сатана послал его по мою душу.

— Ох, Господи!

— Нет, По.

Мал протягивает руку. Существо запрыгивает к нему на предплечье, смотрит на него и издает ласковый птичий щебет.

— Ты издеваешься? У тебя ручной ворон?

— Не говори о нем так, будто его нет в помещении. Ему такое не нравится.

Не понимаю, шутит он или нет, ведь лицо у него серьезное. Впрочем, как обычно.

— Хочешь покормить его?

С некоторым сомнением рассматриваю птицу. Она невозмутимо глядит на меня в ответ.

— А что он ест?

Мал с каменным лицом отвечает:

— Глазные яблоки у людей.

— Отлично, ты теперь комик, –   сухо отрезаю я.

Он присаживается у изножья кровати и протягивает руку в мою сторону. Птица соскакивает ему на запястье и наклоняет голову. От испуга с губ срывается тихий визг.

— Развлеки его немного, пока я схожу за кормом.

Ворон слетает с руки Мала и приземляется мне на бедро. Ощущение такое, будто кто-то уронил на меня детсадовца. В этот раз мой испуганный вскрик звучит громче. Мал встает. Когда он выходит из комнаты, могу поклясться, что замечаю ухмылку у него на лице. По гордо стоит у меня на ноге, складывает крылья и глядит на меня. Стараясь как можно сильнее вжаться в подушку, еле слышно говорю:

— Привет, По. Эм. Приятно познакомиться. Надеюсь, ты не переносишь чуму.

Кар!

— Это было оскорбительно? Извини мои манеры. Я редко разговариваю с пернатыми.

Кар!

Кажется, ему нужно оправдание поубедительнее. Тогда я уныло продолжаю:

— Извини, что ляпнула про чуму. Это было грубо. Э… У тебя красивые перья.

Уверена, что блеснувшее у него в глазах удовлетворение –  не плод моего воображения, потому что он каркает мягче и начинает чистить перышки.

Мал возвращается с небольшим блюдцем. Заметив его, По издает радостный крик и возбужденно прыгает на моем бедре, вероятно, оставляя синяки. Мал протягивает блюдце мне. С опаской заглядываю внутрь и вижу кучку маленьких коричневых комочков.

— Что это?

— Кошачья еда. Вороны ее любят.

Будто доказывая это утверждение, По взмахивает крыльями, приземляется мне на грудь, опускает голову в миску и начинает есть.

— Мал?

— Да, Райли?

— У меня огромный ворон на груди.

— Вижу.

— Это не опасно?

По на секунду перестает уминать коричневые комочки и осуждающе смотрит на меня. С едва уловимым смехом в голосе Мал отвечает:

— Только если не будешь называть его «это».

По стоит у меня на груди и ждет. Чувствуя себя абсолютной идиоткой, извиняюсь перед птицей вновь:

— Извини, По. У меня была только золотая рыбка. У нее даже близко не было такой яркой индивидуальности.

По издает серию аритмичных щелкающих звуков, а потом противное стрекотанье, выражая свое недовольство. Потом снова начинает есть. На меня махнули рукой.

Мы втроем сидим в тишине, пока По приканчивает кошачью еду. Потом снова вылетает из открытого окна, предварительно оторвавшись от моей груди и заставив меня подпрыгнуть. С последним прощальным криком птица исчезает в ночи. Мал закрывает за своим питомцем окно и поворачивается ко мне, прислонившись к стене и сложив руки на груди.