Книга Унесенные морем, страница 82 – Бет О'Лири

— Ага, обещаю не поддаваться эмоциям, – заверяет он, снова доставая пакет.

Откидываюсь на подушки и выдыхаю, когда он выходит на палубу, закрыв за собой дверь. Дождевая вода, которую я пила всю ночь, похоже, сотворила чудо с моим измученным телом – словно кровь циркулирует быстрее. Посасываю краешек драгоценного печенья, и во рту даже появляется немного слюны.

— Лекси! – раздается рев Зика.

Тошнота на мгновение испаряется, уступая место более острому ощущению – панике.

— Что такое, Зик?!

— Можешь выйти на палубу? – Он снова возник в дверном проеме – волосы всклокочены, взгляд безумный.

— Думаю, да. – Спускаю ноги с кровати и осторожно встаю, хватаясь за его протянутую руку.

Когда я принимаю вертикальное положение, все, что попадает в мое поле зрения, начинает расплываться, словно на объективе фотоаппарата сбили фокусировку. Пока мы плетемся через гостиную, я все твержу: «Зик, скажи, ну скажи мне», – но он лишь отмахивается: «Идем, ты должна это увидеть». На палубе скользко, да еще приходится переступать через разнообразные емкости для сбора дождевой воды, и я отмечаю про себя уровень воды в каждой из них, прежде чем проследить за движением руки Зика. Он указывает на горизонт:

— Смотри!

Это… здание. Выглядит именно так. Странное серое здание на толстых сваях, стоящее прямо на воде, на приличном удалении от нас, но прямо по курсу «Веселой сони», на двенадцать часов. Оно напоминает персонажа из фильма «Трансформеры». Приглядевшись, вижу, что это платформа с металлическими конструкциями наверху: на красноватых стойках расположилось нечто вроде странно изогнутого подъемного крана – словно птица, склонив шею, смотрит в воду у себя под ногами.

— Нефтедобывающая платформа, – звенящим от возбуждения голосом говорит Зик, вцепляясь в поручни. – Там должна быть куча рабочих, Лекси. Людей. Мы спасены. Мы в безопасности.

Сгибаюсь пополам и падаю на колени, не выдержав качки и потрясения. Мы в безопасности. Холодная морская вода заливается мне в носки, а палуба царапает голую кожу.

— О боже, боже мой, – монотонно повторяю, прижимая руку ко лбу. Ничто не может сравниться с этим ощущением – поднимающейся внутри, растущей, разрывающей мозг эйфорией, вызванной верой в то, что все на самом деле будет хорошо. Задеваю бедром одну из стоящих на палубе емкостей, и меня окатывает водой, но я почти не замечаю холода, словно это происходит не со мной.

Зик смеется:

— Мы это сделали. Мы это сделали. Мы не умерли!

При этих словах мой внутренний реалист поднимает голову.

— Нам еще нужно туда добраться, – напоминаю я, садясь на корточки и опираясь на одну руку, чтобы сохранить равновесие.

Зик всматривается вдаль, перегнувшись через борт. Ненавижу, когда он так делает. Он всегда так сильно высовывается – как маленький мальчик, который не может удержаться от соблазна подойти к самому краю.

— Если честно, похоже, нас несет течением плюс-минус в правильном направлении, – замечает он. – Может, поставим парус и попробуем подрулить? Они в любом случае пришлют кого-нибудь за нами, когда мы окажемся достаточно близко.

Поднимаюсь на ноги и всматриваюсь в воду, потом перевожу взгляд на нефтедобывающую платформу, обратно на воду и снова на платформу. Не могу поверить, что она настоящая. На какую-то секунду возникает мысль: «Вдруг мы сошли с ума, и нам это привиделось?» Но потом до меня доходит, что я понятия не имею, как выглядит нефтедобывающая платформа, так что моему воображению пришлось бы сильно постараться, чтобы такое нарисовать.