Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 108 – Softcoral

Пока я тяжело дышал внутри барокамеры, таймер наконец добрался до нуля. Дверь зашипела, ИИ объявил об окончании процедуры и пожелал хорошего дня. Я поднялся и выбрался из камеры. Медленно подошел к Рико. Она по-прежнему сидела, глядя в одну точку с пустым выражением лица. Будто ее здесь не было. Осталось только тело.

Я молча собрал свою одежду, которую оставил возле барокамеры, встал у Рико за спиной и переоделся. Потом подошел к столу, взял упаковку влажных салфеток и осторожно, не торопясь, начал стирать кровь с ее лица, шеи, рук и пальцев. Похоже, кровь была чужой. По крайней мере, на первый взгляд ран не было видно. Уже хорошо.

— Все в порядке, Рико. Все хорошо.

Английское you’re fine в такой ситуации звучало почти как издевка. Все присутствующие прекрасно понимали: ничего не fine. Но что еще мне сейчас оставалось?

Я вытер с руки Рико всю кровь, потом взял старое одеяло – наверное, его оставил здесь кто-нибудь из дайверов – и аккуратно накинул ей на плечи. Она даже не шелохнулась.

До конца сеанса Син Хэряна оставалось еще время, поэтому я взял винтовку, которая лежала под стопкой его одежды, и вышел в коридор. Стоило подойти к началу зоны погружения, как я услышал голоса.

Чжэхи. Он разговаривал с двумя сектантами, перегородив проход тележкой. Я подтянул балаклаву до самого носа, опустил бейсболку пониже и дал себе мысленную установку: я – последователь Церкви Бесконечности. Я – поехавший сектант.

Толку от самовнушения было ноль, но мысль о том, что нельзя подпустить этих двоих к процедурной, придала мне решимости, и я направился прямиком к ним.

Чжэхи взглянул на меня и приподнял уголки губ в улыбке:

— О, Санхён! Как самочувствие? Полегчало после терапии?

Я кивнул, подыгрывая, и подошел ближе. Взгляд упал на тележку. Там, прикрытое передником, лежало тело. Я окаменел.

На тележке лежала Мэйчжи Чан.

Судя по кровавому следу, тянущемуся за тележкой, это Рико дотащила ее сюда.

Девушка не дышала. Грудная клетка не поднималась, не опускалась. Мэйчжи Чан была мертва, а Чжэхи как ни в чем не бывало допивал остатки кофе, громко всасывая его через трубочку.

— Кроме нас, тут никого нет, – спокойно сказал он.

— Да? Тебя я знаю, Ким, а вот этого парня вижу впервые.

Один из сектантов повернулся ко мне, показал на себя большим пальцем и назвался Джо, потом показал на второго и сказал, что это Йен.

Я почесал затылок и пробормотал:

— Чон Санхён. Я… не особо общительный. – И опустил голову, избегая встречаться с ними взглядом.

Было трудно делать вид, что на тележке не труп. Лицо сводило от напряжения, перед глазами поплыли круги. Хотелось схватить сектантов за грудки, спросить: «Это вы ее убили?» – но я сдержался.

Не отрывая взгляда от тела Мэйчжи, я спросил:

— Почему… она мертва?

Я изо всех сил старался не думать о том, что у меня в руках винтовка. Актер из меня никудышный, да и английский явно хромал, но они как будто не обращали на это внимания. Повезло. Я ведь и сам, когда в кино иностранцы что-то говорят, не всегда могу понять, кто хорошо играет, а кто – нет.

Джо пожал плечами:

— Понятия не имеем. Мы просто шли по следу крови. Он начинался у кафе и тянулся до этого места. А вы что не на дежурстве? Развлекаетесь?

Он явно понял, что мы с Чжэхи только что вышли из процедурной.