Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 45 – Алекс Лоренц

— Знать не знаю. Мне вот другое интересно: где она все эти месяцы скрывалась и почему не пошла к ментам?

— Брат, она труп, – понизил голос до шепота Артем.

— Да ну тебя в жопу…

— Да я тебе серьезно говорю! Она вот как этот, – он ткнул пальцем в усопшего, – как Валерий Иваныч! Один хрен. Она дохлая! Дохлая! Ее Боевик сбил насмерть, а она взяла и ускакала, как словно ничего и не произошло. Ты видел, какая она раздутая? От нее же прет гнилью за километр!

— Думаешь, она вернется?

Артем не успел ответить.

— Денис! – послышался мамин голос из кухни. – Иди-ка сюда. За хлебом надо сходить.

— Иду! – отозвался Денис. – Со мной пойдешь? – спросил он у Артема.

— Не, я здесь побуду.

Денис пожал плечами.

— Ладно, оставайся. Я мигом.

Когда он отправился на кухню, чтобы взять деньги на несколько буханок хлеба, Артем зачем-то зашел в зал.

Мальчишки не поехали на кладбище. Они помогали двум соседским теткам разложить складной стол и расставить стулья в зале, где скоро должны были начаться поминки. Потом они часа полтора околачивались у подъезда, скучая и кидая в землю перочинный ножичек.

Артемка казался Денису странным в этот день. Не в меру задумчивым и молчаливым. Денис мысленно заключил, что другу слишком крепко всыпали дома.

Пока они убивали неубиваемое время, похоронная процессия вернулась. «ПАЗик» вместо двадцати людей, которые были изначально, привез человек десять. Выходили из автобуса молча. Никто не говорил ни слова.

Димон вышел одним из последних. У него подкашивались ноги, и он оперся рукой о корпус автобуса, дожидаясь своих родителей, которые почему-то не выходили.

Тетя Таня, спрятав лицо в ладонях, сотрясалась в судорогах горя и отчаяния. Дядь Витя успокаивал ее как мог, сам находясь на последнем пределе. Нашептывал ей что-то.

— Да отвяжись ты от меня! – взорвалась она, сбрасывая с себя его руки. – Не мертвый он был! Мертвые так не вскакивают в гробу. Какие НА ХЕР сухожилия! Что за сраный бред! Мы его живым закопали! Хреновы паскудные врачи! Обморок от смерти отличить не могут, бляди! – Она принялась дергаться и рвать на себе волосы. Денис услышал этот глухой трескучий звук, когда с корнем выдираются целые пряди. – Убери руки, я сказала! – высоким, режущим голосом закричала она на мужа.

Димон опустился на корточки и зажал руками уши что было силы. Из его зажмуренных глаз лились слезы.

Тетя Таня мало-помалу успокоилась и впала в ступор. Дядя Витя вывел ее из автобуса. Ее ноги еле-еле волочились по земле, голова безвольно свесилась. Она была похожа на огромную куклу, на тряпичную подделку под человека.

Димон понуро плелся за ними на расстоянии нескольких метров. У подъезда он покосился заплаканными глазами на друзей.

Абитуриент Вовочка Тихомиров и его подружка Ирка Кожинова прогуливались по тихим улицам 311 квартала. Август душистым поездом зелени и цветов двигался по мягким рельсам к бездонной желтой осенней пропасти.

Вовку только что зачислили в педагогический институт на специальность «Журналистика», которая открылась совсем недавно. В июне он выпустился из одиннадцатого класса, затем сдавал вступительные экзамены, потом просто бездельничал.

Ирка стала его девушкой еще после девятого класса, когда он остался доучиваться в школе, а она поступила на специальность швеи в ПТУ.