Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 172 – Алекс Лоренц

Они двигались так быстро, что разглядеть их не было ни времени, ни возможности. Никто даже их толком заметить не успел.

Пять струй ударили наугад. Два зомбаря вскрикнули по-гиеньи и покатились по склону. Это были бабка Варвара Захаровна и Кошаров.

Пушкин набросился на Артема и расквасил ему нос башкой. Они вдвоем повалились на землю, но Пушкин отцепился, как только в его пузо ударила струя «Весенней прохлады». Он покатился вслед за своим приятелем и старухой. Артем остался лежать на земле, хватаясь за свой нос, из которого хлестала кровь.

Махоркин схватил Марину за волосы и впился зубами в ее череп. Она выронила свой водяной пистолет и теперь тщетно пыталась отбиться руками.

Денис выстрелил в ублюдка, прямо в бородавчатую харю.

— Н-на, гнида! – кричал он, стреляя снова и снова.

Махоркин дымился, рыгал, рвал распадающимися пальцами траву.

Марина села на кочку, держась за укушенный затылок. Ее пальцы окрасились кровью.

Она поднесла их к своим глазам и зарыдала в голос.

— Марин, он тебя укусил?! – воскликнул Егорка.

Она не ответила. Ее сотрясали рыдания.

Ее обступили друзья.

— Мне конец, – произнесла она шепотом. Ее трясло.

— Есть идея, – осенило Димона. Он выхватил из рюкзака непочатую полторашку лимонада, открутил пробку и протянул бутылку Марине.

Она подняла глаза и непонимающе посмотрела на него.

— Быстрее, тупая ты овца! – нагрубил он. – Пей до дна! Счет идет на секунды!

— Полтора литра?! – возмутилась Марина. – Залпом?! Ты дурак?! – Она словно забыла о том, что грозило ей в ближайшие минуты.

— Блин, пей! – Димон затолкал горлышко бутылки ей в рот и перевернул. Жидкость, булькая и пузырясь, полилась в горло. Кадык заходил ходуном. «Весенняя прохлада» переполнила рот и хлынула наружу. Марина оторвала бутылку от губ и закашлялась. Из бутылки валили коричневатые пузыри.

— Шевелись! – орал на нее Димон. – Почти половину выпила – допивай остальное! А не то я в тебя насильно волью!

— Да убери ты руки свои от меня! – потребовала Марина сквозь мощную отрыжку. Она отпихнула назойливого Димона в сторону. – Я сама, дай сюда! – Она вырвала у него бутылку и, расплескивая пену, снова приложилась.

Она не остановилась, пока не высосала все до последней капли.

— На, еще одну выпей, – сказал Димон, протягивая ей новую открытую бутылку.

Она жестом показала, что больше не может.

— Давай-давай, пей!

— Да отвали! Не могу я больше, мне плохо! – Она прильнула лицом к коленям и застыла.

Ребята минут пятнадцать стояли над ней и наблюдали, как она содрогается от переполнивших желудок лимонадных газов. Они пялились и не понимали, что происходит: ей плохо от адской химической дряни под названием «Весенняя прохлада» или она превращается в зомбаря? Или, может быть, она умирает?

Наконец Марина поднялась на ноги. Едва не падая, она направилась к ближайшим кустам.

— Э, ты куда? – спросил Денис.

Она обернулась.

— А куда бы ты пошел после полутора литров лимонада, придурок?

Егорка выстрелил ей в затылок из базуки. Ничего не произошло.

1999 год, лето.

В бумаге было указано, что колбы с человеческими телами списаны. Их надо было забрать из бывшего подземного хранилища, отвезти на городскую свалку и сровнять с мусором.

Лейтенант не задавал лишних вопросов. Не положено.