Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 146 – Алекс Лоренц

По коридорам разнеслось дребезжание звонка.

— Звонок на урок, ребята, – оповестил Димон.

— Это не на урок, – ответил Дениска. – Это для нас звонок. Время войны.

— Все на тропу войны! – заорал Егорка и издал боевой клич: – У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Белесая нить с красными вкраплениями тянулась в кабинет труда.

На верстаках и пыльном полу валялись сумки. Класс к звонку не успел вернуться из столовой. Пахло свежей стружкой. С плакатов на стенах благосклонно сияли счастливые лица строителей социализма – слесарей, токарей, сантехников и просто хороших людей.

Глухой усатый трудовик в засаленном халате склонился над учительским столом и ковырялся в куче каких-то болтов и гаек. От него, как всегда, за километр разило луком. Фамилия у него была Степыко.

Он не слышал, как они вошли. Так и продолжал себе возиться, что-то бурча.

— Евгений Степа… – начал было Егорка.

Денис ударил его по животу.

— Т-с-с-с-с!

Марина наклонилась и присмотрелась к следу на полу. Он вел прямо к Степыко.

Под его рабочим халатом что-то елозило. Ползало по спине. Нечто маленькое и верткое.

Мелкая тварь вылезла из-под воротника и посмотрела своими глазищами на гостей мастерской. Потом спрыгнула на пол и ринулась на четвереньках по проходу между рядами верстаков – в сторону открытой двери в задней стене кабинета.

Марина судорожным движением повернула ключ во входной двери, вырвала его из замочной скважины и спрятала в карман.

— Э, ты че творишь?! – воскликнул Димон.

Степыко повернулся к ним лицом. Один его глаз был выеден. Из-под огромных, желтых от табака седых усов капали слюни.

— Быстрее, туда! – Егорка ринулся к двери в другом конце мастерской.

Они шмыгнули мимо трудовика. Тот, спотыкаясь, бросился за ними. Его туловище сильно подалось вперед. Он не удержался и упал лицом на сверло станка. Оно вошло ему в нос.

Как не стыдно! Не соблюдаете, Евгений Степанович, правила техники безопасности в кабинете труда!

Из дверного проема дети наблюдали, как пожилой учитель барахтается, пытаясь снять себя с зазубренного сверла. После недолгой борьбы ему это удалось.

Трудовик выпрямился, и шестиклассники увидели его обезображенное лицо. Очки раскололись надвое. Половинки повисли на ушах, зацепившись дужками. Нос был изодран в клочья. Из образовавшейся дыры сочилась кровь с соплями.

Денис захлопнул дверь и продел железный крюк в петлю. По ту сторону послышался топот. Дверь содрогнулась под ударом.

Дети ринулись вверх по лестнице и…

Встретились с маленькой гадиной между вторым и третьим этажами. Гаденыш тут же дал деру.

— Стой, сучара, хуже будет! – кричал Егорка.

Маленький уродец, ловко перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, добрался до двери на третьем этаже и принялся стучаться в нее своей крошечной головкой.

— Бейся, бейся, сука, – злорадствовал Денис, приближаясь.

— Давим его сразу, – сказал Егорка.

— Размажем по полу! – отозвался Димон и разразился зловещим смехом, как в фильмах ужасов.

С другой стороны послышались шаги. Повернулся ключ. Дверь распахнулась. В полумраке лестничной клетки возникла огромная сутуловатая фигура. Подошва расплющила маленький двигающийся комочек. Тот мучительный звук, который возникает, когда мнешь сочный мясной фарш.

— Вы что тут делаете, сволочи?

Дирик.

— Василийгеннадьевичмыоттрудовикаубегалионзаразилсяэтойфигнейкоторая… – выпалил скороговоркой Егорка и выдохся на полуслове.