Книга Люди и звери, страница 187 – Александр Трусов

Возле дома № 58 по Свердловской набережной нас уже ждали. Два черных джипа было припарковано у металлического забора, которым строители обнесли полностью выселенное и готовое к сносу здание. Рядом курило трое мужчин, в одном из которых я узнал Зимина.

Перед тем как свернуть с проспекта в проулок наш водитель притормозил, и машина с омоновцами, обогнав нас, первой подъехала к зданию. Распахнув дверцы, бойцы высыпали на снег и, демонстративно сдвинув автоматы на живот, оцепили специально оставленный в сплошном заборе проход, возле которого дежурил пожилой, до смерти перепуганный нашим появлением сторож. Непримечательное лицо Зимина расплылось в кривой ухмылке.

— А эти что здесь забыли? – шеф, разглядывая через окно фсбэшников, полез за сигаретой.

— Сегодня шоу педофилов, – напомнил я со своего места, и в ту же секунду прикованный ко мне наручником оперативник со злостью дернул меня за запястье. – Это парни из ФСБ.

— Спасибо! – шеф затянулся и выдохнул дым в салон. – Я уже догадался. Какого черта мы им понадобились?

До него вдруг дошло, и он резко обернулся ко мне.

— Это ты? Как ты смог им сообщить?

— Донести мог кто угодно. О месте и времени проведения следственного эксперимента знали не только в Управлении, но и в прокуратуре. Откуда я знаю, может это ты настучал?

— Смешно, – шеф опустил стекло и сплюнул на снег. – Пойду, потолкую.

Не выпуская из плотно сжатых губ сигареты, он вылез из машины и вразвалочку пошел к фсбэшникам. Со своего места мы видели, как они поздоровались, показали друг другу удостоверения и стали беседовать. Зимин что-то рассказывал с равнодушным выражением лица, а когда шеф несколько раз посмотрел в нашу сторону, я понял, что говорят они обо мне.

Я не питал иллюзий, что сейчас меня пересадят из машины в машину, и все закончится. Такие дела так не делаются. К тому же еще шла торговля, а я не был уверен, что кто-то захочет купить залежалый товар.

Через несколько минут шеф и Зимин, продолжая о чем-то говорить, направились к нашей машине. Я смотрел, как парует в морозном воздухе их дыхание, и вдруг поймал себя на мысли, а не заодно ли они друг с другом? Замкнутая цепочка из звеньев «ФСБ», «шеф», «Смольный», «президентские выборы», «ФСБ» выглядела вполне логично. И так же логично на этой цепочке смотрелись такие подвески как «антидоггеры», «массовые убийства животных», «эпидемия бешенства» и «беспорядки».

Я все еще размышлял о том, на кого из этих двоих сделать ставку, а кого пора списывать со счетов, когда шеф открыл дверцу и приказал выйти всем из машины.

— Кроме Мальцева, – добавил он. – С ним хотят побеседовать.

— А с этим как быть? – оперативник показал на наручники.

— Снимай. Куда ему бежать?

Зимин уселся на переднее сиденье, на место шефа, подождал, пока мои бывшие коллеги не отойдут на приличное расстояние, и только после этого повернулся ко мне.

— Ну, здравствуйте, Александр Викторович.

— Спасибо, что пришли.

— Пустяки. Все равно другой возможности встретиться у нас не было. Если бы не следственный эксперимент, вряд ли бы вас выпустили из Крестов.

— Для этого мне пришлось сознаться в убийстве.

— Насколько я знаю, вам предъявили обвинения и по некоторым другим статьям?

— Вы очень тактичны. Меня обвиняют в изнасиловании и убийстве малолетней девочки.