Книга Шпионское грузило, страница 127 – Лен Дейтон

Немного подумав, ГД сказал:

— В настоящее время я не хотел бы обсуждать с Сайлесом эту тему.

— Очень хорошо, сэр Генри.

— И с течением времени отдалите Штиннеса от Крайера, Сэмсона и всех остальных. Это поручается вам одному, Брет. С глазу на глаз, вы и Штиннес. У нас должен быть хоть один человек, который будет учитывать все развитие игры, все ее отклонения и разветвления. Одного достаточно, и этим лицом будете вы.

Брет сложил обратно распечатку и снимки. Поспешность движений ГД давала понять, что он собирается завершить встречу.

— Прежде чем я уйду, Брет, еще один аспект…

— Да?

— Можете ли вы утверждать, что Бернард Сэмсон когда-либо убивал человека?

Брет, не в силах скрыть удивления, позволил себе на какое-то мгновение проявить его.

— Предполагаю, что да, сэр… Фактически… в общем-то мне это известно… Да, много раз.

— Совершенно верно, Брет. А теперь мы предполагаем, что он не в состоянии вынести груз лежащего на нем беспокойства, не так ли?

Брет кивнул.

— Возможно, такой человек, как Сэмсон, и не мог бы восстановиться столь быстро, как вы, окажись вы в таких обстоятельствах. Но он может управлять ходом событий.

— Пожалуй, что так, — с сомнением произнес Брет.

— Я видел Сэмсона на другой день. Выглядел он не лучшим образом.

— Вы хотите, чтобы я дал ему свободные дни по болезни или отправил в отпуск?

— Конечно же нет; это было бы самым худшим, что вы могли бы сделать для бедняги. Получив в свое распоряжение свободное время, он будет только сидеть и думать. А мне не хочется, чтобы он сидел и думал, Брет.

— Не могли бы вы подсказать мне какую-то идею, как…

— Предположим, он придет к выводу, что жена предала и его и страну. Что она бросила своих детей и выставила его на посмешище. И не решится ли он подвергнуть ее той участи, которая досталась многим от его рук?

— То есть убить ее? Но подождите минутку, сэр Генри. Ведь на деле она не делала ничего подобного, не так ли?

— Что и выявляет перед нами другой аспект того ужасного положения, в котором сейчас очутился Сэмсон. — ГД с трудом поднялся с низкого кресла. Брет помедлил, не решаясь предложить ему свою помощь. — Сэмсон задает кучу вопросов, — сказал ГД. — А что, если он выяснит истину? Не может ли ему прийти в голову, что мы сыграли с ним жестокую шутку? Холодно и равнодушно? Он придет к выводу, что мы не доверяем ему; он будет чувствовать себя отвергнутым и униженным. А такой человек, как он, привык отвечать своим оппонентам с непреклонной жестокостью. Допускаете ли вы, что он решит отомстить нам?

— Не думаю, сэр Генри. Сэмсон — цивилизованный человек. — Брет, поспешив к дверям, открыл их перед шефом.

— Неужто? — осведомился ГД с наконец-то прорезавшейся веселостью. — Значит, его плохо подготовили.

Восточный Берлин. Ноябрь 1983 года

На фасаде здания по Карл-Либкнехтштрассе дюжина рабочих устанавливали огромный красный транспарант: «Да здравствует наше социалистическое отечество!» Предыдущий, который обещал мир и процветание, выцвел на солнце и стал светло-розовым.

Часть нового лозунга перекрыла окно кабинета Фионы Сэмсон, и в комнате воцарился полумрак.

— Я всегда мечтал побывать в Америке, — признался Губерт Ренн, собирая бумаги с ее стола.

— В самом деле, герр Ренн? Почему же? — Она пила чай. Она могла себе позволить не отказываться от своих привычек, тем более что это был настоящий индийский чай, а не безвкусный советский набор веточек из Грузии. Ей было интересно, где Ренн нашел его, но она предпочитала не спрашивать.